Зайчиха не обернулась. Она лишь помахала ему своим пушистым хвостом: пока-пока — прочитал он в этом жесте и улыбнулся.
С души словно упал тяжелый камень. Осталось только найти Рябинушку и вымолить прощения у нее.
Николай стряхнул с джинсов комья земли, но чище от этого они не стали. Критически оглядев себя сверху вниз, он решил постирать свои вещи в ручейке. Он твердо решил сегодня же идти к путям и как-то добираться домой. Там его ждет много дел, а времени осталось очень мало. Рожать Рябинушка должна в городе, под присмотром опытных врачей.
Но для начала нужно попытаться привести себя в порядок. В домике он видел твердый коричневый обмылок, оставшийся от прежнего хозяина. На пыльной полке лежали затупившийся станок и помазок. Хорошо, что в тот момент, когда он сиганул из поезда, паспорт и деньги лежали в заднем кармане джинсов. Без этих бумажек ему было бы намного сложнее вернуться в прежнюю жизнь.
Рассуждая об этом, Николай быстро дошел до заимки, взял все необходимое и направился к ручейку. Стянув с себя грязные джинсы и вытащив все из карманов, он принялся отстирывать застаревшую въевшуюся в ткань грязь.
За этим занятием его и застала Березонька. Прямо перед собой он увидел маленькие белые ножки и, обрадовавшись, что вернулась Рябинушка, посмотрел на их обладательницу.
— Ах, это ты, — разочарованно протянул он.
— Ты ожидал увидеть кого-то другого? — усмехнулась берегиня.
— Думал, Рябинушка, наконец, пришла, — честно признался Николай. — Мы с ней сегодня поругались немного. Она обиделась и ушла.
— Поругались, — эхом повторила за ним Березонька.
— А ты ее не видела? — с надеждой посмотрел он на берегиню.
— Да, да! — через чур взволнованно проговорила она. — Я видела ее. Она действительно на тебя сильно обиделась. Сидит и плачет возле озера. Пойдем, я провожу тебя к ней.
— Проводишь!? — обрадовался Николай. — Спасибо тебе большое, Березонька! Сейчас я только штаны надену.
В спешке Николай запутался в мокрых штанинах и смешно повалился на землю.
— Да ты не торопись, — посоветовала ему берегиня. — Успеем.
Еле справившись с джинсами, он запихнул в мокрый карман документы и деньги, вытянувшись по стойке смирно, продемонстрировал полную готовность отправляться в путь.
— Смешной ты, — легонько усмехнулась Березонька. — Суетливый какой-то. Все люди такие?
— Не все, — словно бравый солдат ответил он. — Только те, которые любят.
— Ясно, — вздохнула берегиня. — Ну, пойдем.
— Спасибо тебе, Березонька, — пробираясь сквозь лесную глушь следом за берегиней, первым нарушил молчание Николай. — Во второй раз ты меня выручаешь. А ведь мне казалось, что ты меня ненавидишь.
— Тебе правильно казалось, — не стала отрицать берегиня. — Ты отнял у меня любимую подругу. До тебя я была счастливой. А теперь мне постоянно хочется плакать. За что же мне тебя любить?
— Но ведь это нормально, — еле успевая за берегиней, пропыхтел он. — Влюбленная девушка нередко забывает про своих подруг. Но проходит какое-то время и она вновь начинает с ними общаться.
— Это у вас нормально! — резко остановившись, берегиня посмотрела на Николая. — А у нас дружба — это самое важное. Мы с ней вместе росли, играли. У нас с ней общие секреты, общие дела и забавы. Мне очень, очень плохо без Рябинушки! Я не могу без нее жить!
— Я тоже не могу, — признался он. — Думаю, что и ей без меня будет несладко. Ты должна это понимать. И если ты действительно искренне ее любишь, то помоги нам.
— Помогу, — кивнула берегиня. — Это я тебе обещаю.
— Ты настоящая, преданная подруга, — искренне восхитился Николай. — Среди людей таких сложно найти.
— Мне никогда не понять мир людей, — разворачиваясь, чтобы продолжить свой путь, проговорила Березонька. — Да мне этого и не хочется. Странные вы и законы у вас какие-то нелепые. Из того, что ты мне рассказал, я и половины не поняла. Зачем вы сами усложняете себе жизнь?
— Наоборот, мы стараемся ее максимально упростить, — не понял берегиню Николай. — Тысячи ученых ежедневно ломают голову над тем, как сделать жизнь человека более комфортной, разрабатывают всевозможные вакцины, чтобы победить страшные болезни. Телевизоры, компьютеры, стиральные машины, посудомойки — все рассчитано на то, чтобы экономить человеческий труд.
— У нас ничего этого нет, — проведя ладонью по березовому стволу, задумалась она. — Мы ничего не э-ко-но-мить, но нам этого и не нужно. Ты перечислил столько всего, столько незнакомых слов, назначение которых непонятно. Мы же без них обходимся и ни в чем не нуждаемся. Зачем вам столько всего ненужного?