Проходящие мимо школьники все время на них оборачивались, косились на Никиту, но тот не обращал внимания.
Внезапно лицо Краснова, листавшего сообщения в группе, изменилось.
– Ты чего завис? – нетерпеливо спросил Ромка. – Себя что ли там увидел?
Краснов ошарашенно покрутил головой.
– Ну-ка, дай посмотреть, – Волков потянулся к телефону, но Петя отвел руку в сторону.
– Что случилось-то? – спросил Никита.
– Никит… Тут про тебя пишут, – побледнев произнес Петя. – Бред какой-то про твоего батю.
С этими словами он протянул ему телефон. Еще не глядя на экран, Никита уже знал, что увидит. Сердце отчаянно колотилось, пока он читал пост. Единственное, чего ему в этот момент хотелось – провалиться сквозь землю. Он знал – теперь в школе на него будут все пялиться: обсуждать, злорадствовать и, может быть, жалеть.
«А вы знали, что отец Лебедева в психушке? Вот уж новость! Оказывается, его папаша устроил пьяный дебош и загремел в больничку. Мне тут одна птичка нащебетала, что они его сначала забрали из богадельни, а потом он обратно загремел.»
Комментарии не отличались доброжелательностью.
«Туда ему и дорога. Кстати, они теперь банкроты. Продали все магазины, это мне родители рассказали.»
«Наконец-то Лебедев перестанет задирать нос! Тоже мне, лучший баскетболист. Теперь он лучший НИЩИЙ.»
«То-то он в школу не ходит. Интересно, зачем Ветровой такой парень? Он, конечно, красавчик, но такая проблемная семейка… Я слышала, психические заболевания по наследству передаются.»
Никита так крепко сжал телефон, что едва его не раздавил. Петя осторожно забрал у него телефон, Ромка положил руку на плечо.
– Никит… это что, правда? – спросил Петя.
– Отчасти, – процедил тот сквозь зубы.
– Ты же знаешь, мы тебя всегда поддержим, – заговорил Ромка. – А если понадобится какая-нибудь помощь…
– Нормально все, – он сбросил руку друга с плеча. – Справлюсь.
– Никит… – начал Петя.
– Сказал же, нормально все, – ответил Никита грубее, чем собирался.
Теперь он понял, почему все так на него косились. Наверняка уже прочитали все это мерзкие сообщения.
И тут он увидел ее. В темных брюках, белой блузке и кроссовках она на ходу завязывала хвост. Рядом, едва поспевая за подругой, спешила Катерина – в черной юбке, белой рубашке, ее длинные белокурые волосы были уложены волнами. Петя просиял, увидев свою девушку, а Никита не сводил глаз с лица Василисы. Ее губы были сжаты в тонкую полоску, взгляд казался потерянным…
Девушки направились сразу к школе, и парни двинулись за ними. Никита не стал догонять Василису, а она то ли сделала вид, что не заметила его, то слишком была погружена в свои мысли. В школьном холле они остановились и Василиса наконец на него посмотрела.
– Привет, – пробормотала она.
Никита тонул в этих усталых карих глазах. Как ему не хватало ее все это время!..
– Привет, – ответил он. – Ты не ответила мне утром.
– А ты мне – вчера.
– Я хотел…
Никита не успел договорить, его прервал громкий голос завуча, Ларисы Захаровны, высокой крупной женщины лет сорока.
– Одиннадцатые классы! Сдаем вещи охраннику и следуем за мной. У нас сегодня репетиция экзамена, поэтому все серьезно. Телефоны тоже сдаем.
– Ага, сейчас, я прям разбежался, – пробормотал Ромка.
– Фу, как невежливо, – заметил Петя.
– Замолчите, – зашипела на них Катерина, – иначе у нас и правда телефоны отберут.
Ученики медленно потянулись по коридору, начали сдавать рюкзаки и личные вещи.
Василиса шла рядом, она смотрела прямо перед собой, лицо ее было расстроенным. Никита осторожно провел пальцами по ее ладони, ее пальцы дрогнули, но она не переплела их с его, как делала обычно.
Петя и Катерина отстали, теперь их разделяло несколько человек. Ромка болтал с парнем из параллельного класса. Большинство учеников таращились на Никиту, он кожей ощущал их любопытные взгляды. К нему всегда было много внимания, но теперь ему хотелось от него спрятаться.
– Кит! – запищал над ухом противный голос.
Титова, пробираясь сквозь толпу, нагло лезла к нему. Подойдя, она вдруг бросилась к нему на шею, обвила его руками. Никита оттолкнул ее.
– Титова, ты чего?!
Василиса отвернулась, делая вид, что разглядывает плакаты на стенах.