- Слишком уж ты милая.
Я долго смотрю ему в след, пока он идёт к машине и даже, когда он уже отъехал. Почему-то полностью отдаваться процессу у меня не получается, раньше я лучше понимала собственные чувства, когда не была обременена другими заботами и делами. Может, поэтому смертным так непросто?
Я сажусь в тени разросшегося кустарника рядом с верандой, подняв голову наверх, пытаюсь рассмотреть появляющиеся на небе звезды. Смотрят ли сейчас за мной другие боги? Смеются или жалеют? Я стала таким же объектом насмешек, какими для меня были люди. Пока не побываешь в шкуре…
Дальше по улице я слышу знакомый рокот автомобиля, но не спешу выходить из своего укрытия, что-то мне подсказывает, что Трой может быть не один, а с Урсулой.
- Да-да, я доехал, всё в порядке. – Трой замолкает. – Голова не болит, тебе же сказал доктор, что на снимке ничего нет. Спокойной ночи, Урсула.
Трой останавливается на дорожке, шумно выдыхая и касаясь затылка. Может, у него ничего такого и не случилось, но боль не проходит так быстро. Я медленно выхожу из тени, надеясь, что не сильно его напугаю.
- Афри! – он все равно едва ли не подскакивает от неожиданности. – Я звонил Анне, но она не ответила. Нормально добралась?
Трой забывает о собственном ранении, думая о ней и вызывая внутри тепло и привязанность. С ним будет невероятно грустно прощаться, когда Уилл в неё влюбится. Стоит ли ему об этом говорить? По его лицу не скажешь, что он готов к подобному разговору – ему нужен отдых.
- Да, всё хорошо. – У меня не хватает сил сопротивляться эмоциям, поэтому делаю к нему шаг, который нас разъединяет и утыкаюсь в грудь, обнимая легко, но с теплотой в душе. Трой тоже утыкается подбородком в макушку и обнимает за плечо.
- Я рад, что ты в порядке. Гнев богов мне точно не нужен, - мы смеемся от легкости общения, но в голосе Троя усталость и желание побыстрее оказаться в постели. Его состояние быстро меняется, становится грустнее.
- Давай пойдем отдыхать, нам это обоим нужно.
Следующие полтора дня я думаю о грустном лице Троя, о тех мыслях, что его мучают. Отвлекаюсь я от него только представляя Уилла, то, что сегодня вечером он заедет за мной, как и обещал.
- Витаешь в мыслях где-то. – говорит Анна, касаясь плеча и возвращая меня к работе.
Уилл появляется в ресторане за пол часа до окончания смены, махая мне от дальнего столика. У меня открывается второе дыхание, способное всё изменить. Хочется верить, что в ближайшее время все и закончится.
- Ты с Уиллом аккуратнее, - говорит Анна, отпуская меня после смены. – Он чересчур влюбчив и надолго это не получается.
И это именно то, что мне необходимо – вот так повезло!
Уилл отвозит меня в океанариум, мы больше двух часов бродим по залам, показывая друг другу то одну рыбу, то другую. Мир смертных удивительный.
В какой-то момент Уилл берёт меня за руку, словно так и должно быть, и мне это нравится. Его внимательность, галантность и романтичная натура. К дому мы подъезжаем поздно, оба не торопимся расстаться. На прощание он снова меня чмокает в щеку, задерживая у губ.
- Спасибо за прекрасный вечер! – Он едва отъезжает, когда позади появляется Трой.
- Могла и предупредить, что ты куда-то уходишь. Мы друг другу, конечно, ничем не обязаны, тебе ведь надо поскорее убраться назад, но могла просо сказать! – Трой заходит в дом, оставляя меня в растерянности.
Глава 8
Все следующие дни я просыпаюсь от громкой возни Троя сначала в комнате, потом на кухне. На его сборы реагирует отец из его комнаты.
- Трой… Трой… - Голос не становится слабее или приглушеннее, он всё так же держится. Всё больше проводя времени с Троем и непосредственной близости с его отцом, прислушиваясь к их разговорам, его лепету, когда он думает, что один, я всё больше проникаюсь и миром, и его людьми. Сверху они казались глупыми и легкопонимаемыми, но это не так.
Смертные куда сложнее богов. Это знание у меня никто не отнимет, даже если всё сложится не лучшим образом. Время поджимает, но Уилл не спешит признаваться мне в своих чувствах на радость Гекате и Аресу. А единственный человек, с которым я могла бы это обсудить, меня попросту игнорирует. Что я сделала не так? Неужели так долго можно дуться из-за того, что я не сказала о свидании? Даже отец никогда не злился так долго, смертные все привыкли усложнять.