- Перестань, Уилл!
- Кажется, ты не понимаешь, как всё работает во взрослом мире. Мы прекрасно проводим время и это влечёт за собой кое-какие обязательства друг перед другом. Близость, Афри. Мы живём в удивительное время, когда всё должно быть быстро, уж не решила же ты делать из себя монашку.
Его ладонь забирается под футболку, не касаясь белья, но мне уже омерзительно. Я отстраняюсь ещё дальше, вжимаясь в сиденье и отпихивая от себя Уилла.
- Убери от меня свои руки!
Уилл отстраняется, поправляя ладонью волосы и усмехаясь.
- Ты думаешь, что ты такая особенная? Другие девушки Троя не особенно не жаловались, Трой не умеет следить за своим, вечно в своих мечтах. – Уилл снова касается меня, вынуждая его с силой оттолкнуть.
- Я не такая, и Трой не такой.
- Ты отказываешься? – Уилл удивлен. – Не много ли Трою иметь двух красивых девчонок? Хотя Урсула сговорчива. – Уилл наклоняется, чтобы открыть дверь. – Тогда и вали к своему герою.
Мне не надо повторять дважды, я вываливаюсь на траву под хохот Уилла:
- Только время с тобой потерял. – Шум мотора уносит со мной спокойствие и душевное равновесие, и дело даже не в том, что я останусь на Земле, а то, что я до мозга костей человек, и оказывается это больно. Больно, когда тобой пользуются и идут дальше, перешагнув.
Я набираю единственного человека, кто мне поможет и от кого я готова принять помощь – Трой.
- Алла, Афри? – Как будто он удивлен звонку. – Ты в порядке?
- Нет, - я начинаю реветь. – Забери меня отсюда.
Слезы так и льются из глаз, пока я путанно объясняю, что произошло.
- Я скоро буду, никуда не уходи, кричи про полицию.
И он приезжает, как и обещал. Бросая машину у бордюра, Трой бежит ко мне, несмотря по сторонам. Секунду я через пелену слез его вижу, после Трой лежит на асфальте, отлетев от автомобиля.
Глава 10
Скорая уносит нас вперед, пока я сжимаю ладонь Троя. Это единственное, что мне позволили врачи, когда кое-как нормализовали состояние. Меня они засыпали вопросами об аллергии на медикаменты, хронические заболевания, группа крови и другие вещи, которые для меня ничего не значат. Даже усаживать в автомобиль не сильно-то и хотели, я никем не прихожусь Трою. Лишь причина того, что его сбили.
И это било в сердце сильнее всего. Зачем я вообще ему позвонила? Проплакалась бы и вернулась к нему в дом, даже если бы я осталась с ним до конца своих дней – он был бы жив.
Трой не заслужил подобной смерти, неужели дяде Аиду н так нужен? Трою там не место. Смертные должны исправить. Стереть кровь, залечить раны, и Трой снова будет в порядке, я хочу в это верить.
- Кому мы можем позвонить из родственников? – Я устала от вопросов людей в форме. – Я буду здесь, я его кузина, отец не в состоянии самостоятельно выйти из дома, его девушка…
Мне кивает медсестра, занося данные в карту и останавливая меня от входа в палату.
- Вы останетесь здесь, он в критическом состоянии, доктор уже готовится к операции.
Хочется взвыть и снова заплакать, поступить как смертная и обвинять богов в случившемся, но вина только на мне.
Ожидание и метание врачей между кабинетами, вызовами и регистратурой убивает. На мои вопросы женщина перед компьютером не отвечает.
- Когда будет информация, к вам обязательно спустится медсестра, он на операции, это все, что я знаю.
Ожидание убивает. Может, не меня, но время Троя на волоске. Песок или закончится, или будет сыпаться дальше.
В раздвигающихся дверях появляется Анна и Урсула. Обе взъерошенные и расстроены, даже моё отношение к Урсуле меняется, показывая её человеком, способным на сострадание и боль. Но слова Уилла не выходят у меня из головы, что она могла изменить Трою за его спиной. Это не моё дело, но при слоившейся ситуации добавляет перцу – сердце болит.
- Как он? – Урсула касается моего предплечья, вызывая раздражение.
- Я не знаю, мне не говорят, ещё идет операция. – Я выдавливаю из себя факты, надеясь, что голос не дрогнет.
- Всё будет хорошо, Трой сильный. – Анна как будто чувствует мое состояние и обнимает за плечи, жалея. И это ещё больше злит Урсулу. Чувствуется.