Перспективы очень обнадеживающие, но требующие немалых затрат. И двадцать тысяч Та’ар из этого списка получить проще всего. Хотя совсем недавно мне казалось, что сотня Та’ар для создания конструкта — это просто нереально много. А вот сейчас не вижу ничего невыполнимого в двадцати тысячах.
Первоочередные дела были завершены, теперь пора отправляться на поиски заражённого, и делать это необходимо как можно менее заметно, чтобы не спугнуть его. Подарок Виты я обрамил звёздной сталью, из неё же создал цепочку и повесил на шею, скрыв броней. Это сразу позволило мне определять, кто находится рядом.
И это в месте, где не работает интерфейс и инфополе.
Работал амулет отлично, позволив мне обнаружить спрятавшегося коротышку Боба. Он следил за мной, забравшись под грунт. Просто следил, не предпринимал никаких враждебных действий. Скорее всего, следил и вовсе не за мной, а за лабораторией Гефеста. В его файлах имелась информация о том, что коротышки довольно сильно интересуются тем, что здесь происходит. Один раз даже попытались напасть на Гефеста, но уничтожение трёх Бобов вполне хватило, чтобы остальные сбежали.
Не стал говорить, что та троица также жива. Пускай возможности некроморфов пока остаются для Гефеста загадкой. По крайней мере, пока он занят изучением темпоральной пелены и проблемой очистки организма отца, он не переключится на коротышек. А в том, что ученик Проповедника сможет найти способ, как уничтожить мёртвую плоть, я не сомневаюсь. Так что пусть пока всё остаётся как есть.
Может, я ещё успею привезти сюда Харрингтона, чтобы он забрал коротышек. Они здесь отлично себя чувствуют, и, похоже, их стало гораздо больше. По крайней мере, Гефест говорит почти о двух десятках, в то время как Боб мне сказал, что оставил всего пять своих младших копий. А на тот момент некроморф точно не мог врать.
— А ты быстро. Я думала, что зависнешь там надолго, — услышал я, когда вышел из массива.
Говорила Белоснежка, которую я точно не ожидал здесь увидеть. И, судя по удивлённым лицам парней, они также. И не просто по удивлённым — вон у Арта под носом засохшая кровь. Наверняка попытался подкатить к Немезиде в своей обычной манере и получил от неё. Хорошо ещё, ума хватило не полезть в драку, а то разбитым носом он бы точно не отделался.
— Узнал всё, что хотел, и вернулся. Пока меня не было на Окинаве, появилось много работы, которую нельзя откладывать.
Немезида подняла брови и кивнула в сторону парней, намекая на то, что они лишние. Что пришла она сюда, чтобы переговорить со мной с глазу на глаз.
— Возможно, именно из-за этой работы я и пришла сюда. Не хочешь немного прогуляться?
— Лучше будет, если мы вас оставим, — сказал Ллойд, правильно всё поняв.
Никто не был против. Формально вход в массив охраняется, а значит, они ничего не нарушили.
— Ты слишком не расслабляйся и не распускай слюни. Пусть она и помогла вам с Аеллой, но не факт, что будет так делать и дальше. А ещё она очень сильна в драке и обладает не только настоящим доспехом валькирии, но и уникальными техниками, о которых даже я ничего не знаю, — предупредила меня Гея.
Хотя я и ничего не понял про распускание слюней. Это она про то, что Немезида очень красивая? Раньше я как-то и не задумывался об этом. А вот сейчас…
Старпом Харона действительно была невероятно красива. Не как Мара, сестра или другие девушки, которых я считаю красивыми. Её красота была какой-то холодной и в то же время дикой, неудержимой и манящей.
Бледная кожа, тонкие черты лица, выразительные скулы, аккуратный, слегка вздёрнутый нос, немного покрытый веснушками, чувственные губы и удивительные ледяные глаза. Как ещё назвать этот цвет, я не знаю. Словно два кристалла, вырезанные из уничтоженного светоча. При этом в них можно различить игру частиц творения, что придавало взгляду девушки какую-то загадочность. Отличная фигура с прекрасными выпуклостями.
Единственное, что могло смутить многих — это рост Немезиды. Она была очень маленькой, словно девочка-подросток. Её затылок не доходил мне до подбородка, но это не мешало девушке смотреть на меня, а до этого на парней, сверху вниз.
— Чего ты так на меня вылупился? — спросила Немезида, слегка прищурившись. Отчего Та’ар в её глазах начал невероятную пляску, черты лица слегка заострились, а брови сдвинулись. — У меня что-то с лицом? Опять перемазалась шоколадом?