Беранже обращает на нее долгий напряженный взгляд, в котором читается серьезность его мыслей. Впредь ничто не сможет больше заставить его отказаться от участия в осуществлении мечты этой женщины. Он делает несколько шагов вперед и кладет свои руки на обнаженные плечи Эммы.
— Что бы то ни было, я могу помочь тебе.
— Помочь мне?
— Да.
Эмма осторожно наблюдает за ним. Она кладет свою щетку для волос, и ее рука опускается на руку Беранже. Он берет ее руку и сжимает. Проходят долгие секунды, в течение которых он думает о золоте, спрятанном в цистерне. Это золото, которое он хранит на случай, если Сион по каким-либо причинам не выполнит договоренности. Он дарит его ей:
— У меня есть золото в достаточном количестве.
— Золото? Но…
— Не говори ничего. Я знаю: ты принадлежишь к Приорату Сиона. Я похитил его у вас; это что-то вроде аванса от тех средств, которые казначеи должны перечислить мне.
Эмма вздрагивает, и на ее щеках вдруг четко прорисовывается плотная сетка из кровяных сосудов. Она не знает, что ответить, и ее молчание говорит само за себя.
— Я сделал это ради тебя, — добавляет он.
Она ощущает, как чувство гнева нарастает в ней. И она любит этого безумца! К счастью, она находится здесь, чтобы спасти его.
— Ты подверг себя опасности. Если бы они узнали об этом, то не простили бы. Зачем тебе потребовалось сохранить это золото? Знаешь ли ты, что оно принадлежит одной династии?
Страдая по вине Беранже, Эмма стала серьезной. Ее голос звучит резко и взволнованно.
— Твоя порядочность давала тебе право стать самым близким из близких к тому, кто нас направляет… Я говорю не о Клоде, а о ком-то другом. Ты все ставишь под сомнение.
Тебе необходимо отделаться от этого золота, и я вижу только одно решение: отдать его Илье.
— Илье… Йезоло?
— Да.
— Но где он? Почему он не приехал в Ренн?
— Он много странствовал. Он был со мной в Америке. Нужно, чтобы ты немедленно с ним встретился.
— На улице Фобур-Сент-Антуан?
— Нет, он находится в небольшом замке, принадлежащем Приорату, вместе с Барле, магистром спиритов. Это по дороге в Гавр, в нескольких лье от Вилькие.
Глава 23
Руан, Кодбек, Вилькие. Поезд, дилижанс, ходьба. Беранже понемногу привыкает к этому пейзажу, похожему на скоротечный сон. Он идет быстрым шагом по широкой грязевой дороге, где бродят только легкие облачка тумана. Не видно горизонта. Не видно солнца. Нет тени. Ориентиры исчезли. Сена находится где-то слева от него. За спиной у него контуры Вилькие стерлись из-за холодного мелкого дождя, который он даже не чувствует. Он проходит мимо заброшенной фермы, потом, покидая дорогу, идет по вымощенной дорожке, проходящей между двух рядов деревьев, и оказывается у решетки. Замок Приората. От него виднеется только черная крыша одной из башен, будто воткнутой в верхушку вяза. Залаяла собака. Кто-то зовет ее: «Калос» или «Талос»? После этого наступает тишина, потом слышен скрип гравия под чьими-то тяжелыми шагами. Появляется довольно крупный мужчина. Одетый как местные крестьяне и с плоской старой шляпой на голове, он идет, не торопясь, в руке у него узловатая палка, потом он замирает в четырех шагах от решетки. Глядя с подозрением на незнакомца, он произносит:
— Чего вы хотите?
— Повидаться с месье Йезоло.
— Здесь нет никого, кто бы откликался на такое имя.
— А месье Барле?
— Угу…
— Я друг.
— А это еще надо проверить.
Мужчина чешет себе нос и, кажется, погружается в размышления. Этот малый с южным акцентом ему не по вкусу.
— Идите и скажите месье Барле, что месье Беранже Соньер прибыл из Парижа с посланием от мадам Эммы Кальве.
Лицо мужчины преображается. Он улыбается.
— Мадам Кальве? Это она вас послала?
Беранже утвердительно кивает.
— Надо было это сразу сказать, черт подери!
Словно по волшебству, решетка открывается, и Беранже в сопровождении нелюдимого привратника, очевидно, страстного поклонника дивы, направляется к замку. Странное сооружение. Что за вещи могут там находиться? Он ощущает там присутствие целого набора из таинственных этажей, потайных проходов, тайных комнат и кабинетов для магии. Итак, после стольких месяцев блуждания в потемках, после того, как он столкнулся лицом к лицу с Асмодеем, он снова встретится с другом, с которого все началось. Снова потемки. «Илья», — думает он в тот момент, когда проходит через дверь, темную, узкую, низкую, почти потайную дверь. Мужчина сторонится и приглашает его проследовать дальше в одиночестве.