— У нашего друга своя собственная судьба.
Странный разговор. Странный вывод. Илья испытывает раздражение, когда говорит о Боге, словно ему приходится разбирать ворох воспоминаний прошлого, незапамятного прошлого. Можно подумать, что он ссылается в своих словах на прежнюю плохо прожитую жизнь. Корветти, более бледный и устрашающий, чем когда бы то ни было, открывает дверцу. Беседа окончена.
Снаружи серые силуэты всадников, ставшие одинаково невыразительными из-за дорожной пыли и белого послеполуденного света этого августовского дня, выпрямляются и слушают приказы своего вожака, раздаваемые на английском и французском языках.
«У нашего друга своя собственная судьба». «Какая судьба?» — повторяет он мысленно, усаживаясь на сиденье в фиакре. Илья ему ничего не скажет. Беранже обречен пережевывать неизвестность этого будущего. Лишенные всякого смысла слова рассыпаются в его голове на части. Не герой, не хранитель, и ни одного слова о его судьбе.
Стук в дверцу. Волчья голова на опущенном стекле. Длинный вызывающий взгляд Корветти. И эти слова:
— Мы снова увидимся на холме.
Глава 31
Ренн-ле-Шато, 7 июня 1903 года.
Когда Мари идет к колодцу, ее первый взгляд предназначается Беранже. Когда она идет в церковь, то поступает тем же образом. И так обстоит дело со всеми первыми взглядами. Она отслеживает все изменения, которые происходят в нем. Подталкиваемый своими амбициями, с каждым днем он начинает все больше и больше важничать, как богатый вельможа. А она цепляется за воспоминания о том Беранже, которого она знала в самом начале, отыскивая среди окружающих ее вещей те, что могут оживить эти воспоминания еще больше. Она доходит до того, что празднует годовщину их встречи или годовщину их переселения в пасторский дом. Он принимает охотно все это, но сколь долго это продлится?
Силуэт Беранже вырисовывается в солнечном свете. Положив руки на бедра, высоко подняв свою голову, он остается в такой позе часами, любуясь тем, как осуществляются его намерения. А Мари, когда замечает его в такой позе, дает волю своим мыслям: «Он строит это поместье как доказательство своей победы, чтобы всегда иметь перед собой деревню, эту скалу, где наконец-то командует он… Qu’es pro per èstre damnada… Проклятый, да, проклятый дом богача, построенный на средства, вырученные от продажи золота Лукавого».
Однако она является его владелицей. Вот уже на протяжении нескольких лет Беранже покупает на имя Мари мелкие участки земли, расположенные вокруг пасторского дома. Это она под диктовку своего любовника составляет неумелой рукой распоряжения о приобретениях. И она же подписывает акты, свидетельствующие о покупке.
Строительные работы начались в мае 1901 года. Многочисленные рабочие расквартированы на месте за счет Беранже. Общий контроль над всем осуществляют Эли Бот и архитектор Каминад из Лиму. Дом Бетани закончен, но внутренняя отделка еще не завершена. Прекрасный дом белого цвета возвышается на вершине холма, вызывая сильный гнев Будэ, который увидел в этой постройке вызов, брошенный Приорату Сиона.
— Ты не выполнил наши соглашения, — бросил он ему, когда с опозданием узнал, что работы уже начались.
— У меня есть деньги, я их трачу, — ответил Беранже.
— А что ты ответишь епископству, когда оно потребует у тебя отчет?
— Это уже мое дело.
— Ты должен выполнить задания, которые мы возлагаем на тебя. Ты должен возобновить поиски.
— Я выполню их, когда сам приму решение об этом. Клан монсеньора Кабриера, расположившийся в Бюгараке, Кампане и Киллане, ведет поиски; тебе только стоит обратиться к ним. Давай говорить серьезно, Будэ: Корветти внимательно наблюдает за мной. Ты хочешь, чтобы я его привел к тайнику и он меня там прикончил? Еще бы было неплохо, если бы я сам знал, где находится этот тайник. А ты, что делаешь ты со своей стороны? Удалось ли тебе продвинуться в своих поисках?
— Я продвигаюсь, конечно же.
— Ну что, когда ты окажешься у цели, подай мне знак. А пока мое строительство будет доведено до конца с благословения монсеньора Бийара и под защитой Йезоло.
Защита Ильи ему обеспечена. Его друг расположился в доме на берегу реки Од. Оттуда, и всегда во имя Сиона и Габсбургов, он держит на почтительном расстоянии Корветти и его иоаннитов, которые с момента встречи на дороге из Мийо в Каркассону ведут себя на удивление сдержанно. Что же касается благословения монсеньора Бийара, у Беранже его больше нет. В прошлом году славный и услужливый Бийар был заменен монсеньором де Босежуром. «Опасность для всех наших дел», — сказал Илья. В самом деле, новый епископ является открытым врагом Сиона. Союзник и протеже Кабриера, уполномоченный Льва XIII, он вплотную следит за восхождением кюре из Ренн-ле-Шато, ожидая своего часа, чтобы прямо вмешаться.