Алексея Поликарповича, к его неудовольствию, отвлекали от наблюдений за астероидом для консультаций на строительной площадке. Конечно, он и сам с нетерпением ждал окончания сборки локатора «Третий-бис», который позволил бы значительно раздвинуть границы наблюдений, но сейчас в центре внимания Чернова находился только астероид.
По дороге на строительную площадку Чернов встретил Светлану и пригласил ее посмотреть, как идет сооружение нового локатора. С помощью ассистентки Алексей Поликарпович просмотрел чертежи зеркала. Он попросил принести оптические приборы для проверки кривизны труб и местоположения приемника.
– Поднимемся на башни и посмотрим опоры, – предложил Чернов. – Погрешность кривизны можно устранить после установки зеркала на ось.
Главный инженер строительства провел профессора и его помощницу к дверям лифта. Следом за ним вошел ведущий конструктор. Лифт плавно тронулся, вынырнул из стенок нижней клетки и стремительно помчался вверх, вдоль четырех направляющих балок. Стеклянная коробка летела почти по воздуху.
Девушка подняла голову. Балки уходили вверх, они становились все тоньше, превращаясь в паутинки и сходясь в одной точке.
И толстый трос, на котором висел лифт, тоже утоньшался, под площадкой он уже казался ниточкой.
Светлане стало страшно. Она прижалась к профессору, вцепилась в его руку.
– Э, да я вижу, вы трусиха! – засмеялся Алексей Поликарпович.
– Не всякий решится побывать на башнях, – вступился за Светлану главный инженер. – У нас там монтажники-верхолазы работают.
Стеклянная кабина все быстрее летела вверх. От мелькания ферм, которые то заслоняли, то открывали солнце, рябило в глазах. Профессор поддерживал девушку, признаваясь себе, что эта маленькая забота вызывает в нем теплое, незнакомое прежде чувство.
Триста метров скоростной лифт пролетел за пятьдесят секунд. На площадке Алексей Поликарпович усадил ассистентку на складной полотняный стульчик, а сам вместе с главным инженером и конструкторами принялся за осмотр опор.
Светлане казалось, что отсюда она видит весь мир. Леса, город, поселки, реки лежали у ее ног. Она боялась пошевельнуться. Ей казалось, что стоит только приподняться – и ее снесет с площадки. Ветер гудел в фермах, рвал платье, а внизу был штиль.
Решив вопрос с установкой зеркала, мужчины возвратились к Светлане. Девушка встала, разведя руки так, словно площадка качалась под нею. Профессор взял ее за плечи и провел в кабину.
Лифт камнем падал к земле. Светлана расширенными глазами смотрела, как стремительно приближается асфальтированное подножье башен.
– Страшно? – спросил главный инженер.
– Да.
– А вы приходите к нам почаще. С десяток раз подниметесь, так и привыкнете.
Может быть, от мелькания света и тени на лице Светланы, а может быть, и оттого, что она стояла вплотную к профессору, девушка показалась ему сегодня особенно привлекательной.
Он вдруг почувствовал перед нею робость и поспешно убрал руку с ее плеча.
Лифт начал торможение и плавно, почти без толчка, остановился. Светлана первой выпрыгнула из кабины. Она так же быстро приходила в себя, как и пугалась.
– Так вы настаиваете на применении четырехстреловых кранов? – спросил Чернова главный инженер.
– Что? – профессор не слышал вопроса.
«А ведь я люблю ее, – неожиданно сказал он себе и это прозвучало как открытие. – Люблю…»
Главный инженер повторил вопрос.
Пока шел этот деловой разговор, Светлана стояла в стороне.
Тут же у башни Чернову вручили телеграмму.
– Алексей Поликарпович! – ахнула Светлана, пробежав глазами развернутый бланк. – Летите!
«Немедленно выезжай в Москву для устного отчета в правительстве, – телеграфировал Бурдин. – Твое мнение решает комплектовку экипажа».
– Лечу… – покусывая губы, Чернов смотрел на Светлану. – Лечу! – он перевел глаза на бланк. – Да, выходит, свершилось. Таков Бурдин, чего хотел, того и добился. Что ж… пойду собираться. А вам, Светлана Владимировна, придется здесь заменить меня и поработать самостоятельно. С астероида глаз не спускайте.
– Да, да, конечно.
Светлана стояла перед Черновым, заложив руки за спину и вскинув голову.
– Никак завидуете? – улыбнулся Алексей Поликарпович.
– Еще бы! Кто вам сейчас не позавидует, Алексей Поликарпович? Вам предстоит пересечь орбиту Марса и Юпитера, увидеть в непосредственной близости Сатурн.
– Потренируйтесь здесь без меня, трусишка, – Чернов рукой показал на башни локатора. – Оттуда до Сатурна тоже рукой подать.
Светлана поежилась и отрицательно замотала головой.
На московском аэродроме Чернова встретил Бурдин. Главный конструктор отвез Чернова в свой номер гостиницы. Он был необычайно предупредителен и чрезмерно весел, говорил больше обычного.
«Значит, разрешение на полет взбудоражило его больше, чем меня», – решил профессор.
– Утром нас ждет председатель правительственной комиссии, – предупредил Иван Нестерович.
– Я готов хоть сейчас.
В одиннадцать утра их принял заместитель министра авиационной промышленности, назначенный председателем комиссии по организации полета за астероидом. В его кабинете уже находились председатель астрономического отдела Академии Наук, начальник управления по ракетостроительным заводам.