Быстро оглянувшись, Рик кивнул. Они прошли за ворота, которые, стоило Полю ступить в залу, тут же закрылись. Да с такой скоростью, что задержись он на миг, раздавило бы в лепешку.
Поль вскрикнул и подскочил на месте, едва не рванул к центру залы, где высилась железная колонна, отливавшая матово-черным. Рик успел ухватить спутника за рукав и удержать на месте.
— Не дергайся. Спокойно.
— По-почему они за-закрылись? — Поля сильно трясло.
— Отдышись. На, выпей воды, — Рик протянул флягу, оставаясь при этом на месте и изучая внимательным взглядом пространство.
Зал был круглый, пол — вогнут как блюдце. Загадочная колонна в три человеческих роста мерцала ближе к вершине красными точками. В зале стало как будто даже светлее от этой пульсации.
— Ну как ты? — поинтересовался Рик.
— Вроде в порядке.
Поль вернул ему флягу и во все глаза уставился на колонну.
Рик крепко сжал бласт и медленно двинулся к колонне. Что бы здесь ни обитало, оно пробудилось и наблюдает за ними. Вершина колонны окрасилась алым, сама колонна начала медленно вращаться вдоль оси. Рик замер. Раздалось низкое гудение. Внезапно смолкло, и под сводами зала зазвучал приятный мужской голос:
— Раз, два, три.
Слова как бы рождались в воздухе, Рик попытался определить источник звука, но не смог. Голос снова повторил считалку, а потом смолк.
— И что это значит? — поинтересовался шепотом Поль.
— Нас изучают.
— Зачем?
— Не знаю, — Рик ждал, не рискуя двигаться дальше.
— Здравствуйте, — вдруг сказал неизвестный.
Поль вздрогнул.
— Приветствуем тебя! — громко и четко ответил Рик. — Кто бы ты ни был, мы пришли с миром и не причиним вреда!
— Я — что, а не кто. Не человек. Но парадокс в том, что моя основная функция — определять человека-разумного.
Приятели переглянулись.
— Для чего? — уточнил Рик.
— Это место создано для людей, — объявил голос. — Логично предположить, что сюда должны попадать только люди. Согласны со мной?
— Да, — сказал Рик.
— Второе существо умеет разговаривать? — поинтересовался голос.
— Умею, — поспешил ответить Поль.
— Чудесно.
— Как ты собираешься проверять нас? — снова заговорил Рик.
— Уже проверяю. Но прежде, чем закончу, вам следует ответить на ряд вопросов.
— К чему такие сложности? — Рик наигранно удивился, стараясь выглядеть как можно естественнее. — Если ты машина, значит, можешь просканировать нас и определить по строению скелета принадлежность к человеческой расе.
— Совершенно верно, — согласился голос. — Это уже сделано. Биологически вы принадлежите к виду людей.
— Тогда к чему все эти разговоры? — Рик убрал за спину бласт.
— Резонный вопрос. Объясняю: моя задача определить, насколько вы разумны. Можно иметь человеческое тело, но не быть человеком.
— Одержимость, — пробормотал Поль.
— Простите, как?
— Ничего, это я не вам, — поспешил заверить испугавшийся неожиданных последствий Поль.
Рик с укором взглянул на него и сказал:
— Хорошо, задавай вопросы, машина.
— Приступаю. Но для начала одна техническая оговорка.
Поль с Риком вновь переглянулись и молча уставились на колонну.
— Вас двое, — продолжил голос. — Значит, вопросов будет вдвое больше, каждому по отдельности. Определите очередность.
— Давно бы мог впустить нас, — проворчал Рик. — Я отвечаю первым.
— Отлично. Первый вопрос. Висит груша, нельзя скушать. Что это?
Рик подумал, что ослышался:
— Издеваешься?
— Мне засчитывать это как ответ?
— Нет! — поспешил Рик, злясь на себя за то, что вызвался первым.
Начал наминать пальцами подбородок, окидывая взглядом зал. Вздохнул.
— Так… — повернулся к Полю и качнул головой. — Великое пространство!
— Подсказки запрещены, — предупредил голос.
— Понятное дело, — откликнулся Рик.
Задача машины понять, что в зал пришли разумные, то есть существа, способные к абстрактному мышлению. Абстрактное мышление. Математика. Логика. В древние машины заложены алгоритмы последовательных действий.
— Груша — это фруктовое дерево, — начал вслух рассуждать Рик. — Я помню, как выглядят грушевые плоды. Если плод не съедобный, значит, это не плод.
Машина хранила молчание. Поль замер в напряжении, не дыша.
— Сколько у меня есть времени на раздумья?
— Я могу ожидать, пока не сломаюсь от времени или не наступит ваша биологическая смерть. Поскольку вероятность наступления второго события в разы выше, время ваших раздумий ограничено вашей жизнью.