Шерлок Холмс насторожился.
— На острове Сан-Джорджио? — удивленно спросил он. — Ведь там немного вилл?
— Совершенно верно, в одну из них он и забрался, с обычною уверенностью нашел место хранения денег и драгоценностей, взял все с собой и, кроме того, страшно избил владельца виллы, который имел несчастье ему помешать. Долго ли этот негодяй еще будет заниматься своими делами безнаказанно?
— А владелец? — спросил сыщик. — Как его имя? Я немедленно направлюсь к нему!
— Это князь Тамара, — ответил маркиз, — какой-то молодой русский или румын, который устроился здесь.
— Князь Тамара, — беззвучно повторил Шерлок Холмс.
Он вспомнил ту ночь, когда видел, как графиня Гримальди причалила к острову Сан-Джорджио и вошла в виллу князя.
Знала ли графиня уже о несчастии, постигшем ее возлюбленного? Ему было очень любопытно посмотреть, какое это произведет на нее впечатление, если она еще не была извещена.
В этот момент открылась боковая дверь и вошла графиня; она, видимо, удивилась, увидя Шерлока Холмса, но сейчас же овладела собой и легким наклоном головы ответила на его поклон.
— Я хотела справиться о твоем здоровье, — сказала она старику-маркизу, — но вижу, ты занят.
— Нет, дитя мое, — ответил маркиз, целуя ее в лоб, — дело, о котором я только что говорил с моим другом Шерлоком Холмсом, будет интересовать и тебя. Речь идет о новом преступлении венецианского разбойника
Графиня чуть заметно побледнела, ее темные глаза с выражением крайнего нетерпения впились в сыщика.
— И где же, — взволнованно произнесла она, — он опять появился?
— На острове Сан-Джорджио, — гласил ответ ее отца, — но ты не беспокойся слишком, дитя мое. Тот, которого постигли несчастье, не принадлежит к кругу наших более близких знакомых. Вряд ли ты и вспомнишь его имя — это тот румынский или русский князь, который несколько месяцев тому на зад завез к нам свою карточку.
Графиня Тереза медленно опустилась на одно из громадных кресел.
— Эта новость действительно не рассчитана на твои слабые нервы, дитя мое, — добродушно сказал старик, кладя ей руку на голову, — ты бы последовала моему совету и отправилась на некоторое время в Рим к своей тете, чтобы поправиться.
Прекрасная девушка медленно подняла голову и несколько времени бессознательно оглядывалась в комнате.
— А тот — князь — тоже ранен? — спросила она так тихо, что сыщик еле расслышал ее.
— Да, — беззаботным тоном ответил маркиз, — говорят, что рана не опасна.
— Слава Царице Небесной! — вырвалось из бледных уст графини.
— А теперь, дитя мое, оставь нас одних, нам нужно еще кое о чем переговорить.
Графиня еще посидела несколько секунд в глубоком раздумье, но затем вскочила с кресла. Внезапно на лице ее появилось совершенно иное выражение. От смертельного испуга не осталось и следа, напротив, черты ее лица проявили такое выражение энергии, какого сыщик еще не знал за ней. Коротко поклонившись, она легкими шагами вышла из комнаты.
— Да, — произнес старый маркиз, как бы угадывая мысли своего друга, — она странная девушка. Без всякого перехода глубокая печаль у нее сменяется совершенно противоположным. Если бы мне удалось только уговорить ее уехать на время из Венеции, чтобы поправиться, но она не хочет покидать своего старика-отца, в особенности теперь, после стычки с разбойником. А вы, вероятно, теперь немедленно снесетесь с князем Тамара?
— Совершенно верно, синьор маркиз, — ответил Шерлок Холмс, — но предварительно позвольте спросить: знает ли князь что-нибудь о том, что я выслеживаю неизвестного разбойника?
— Нет, а впрочем, оно возможно. Я снесся с членами нашего венецианского общества и сообщил им, чтобы они не падали духом, так как Шерлок Холмс взял дело в свои руки. Я сделал я это для того, чтобы со временем войти с предложением о награде. Но почему вы спрашиваете?
— Так как иначе мое имя будет неизвестно князю, и он мне как незнакомцу и не станет давать объяснения.
Маркиз вынул бумажник, взял визитную карточку, написал на ней несколько слов и передал ее знаменитому сыщику.
— Передайте это одному из лакеев, и вы немедленно будете приняты; впрочем, я убежден, что князю знакомо ваше имя.
Шерлок Холмс распрощался и поспешил на Пиацетту, чтобы взять гондолу. Приблизительно через полчаса он был на острове Сан-Джорджио.
По его звонку явился лакей в изящной ливрее, которому сыщик передал карточку маркиза.
— Князь вас уже ожидает, — сказал лакей важным тоном.