Шерлок Холмс быстро пробежал эти весьма интересные строки и запечатлел в памяти их содержание.
Теперь он, ухмыляясь, сложил письмо, наскоро закрыл письменный стол, и как мог скоро, вышел из комнаты, чтобы приказать кучеру Реджинальда немедленно заложить кэб и быть готовым к отъезду.
Через четверть часа легкий экипаж уже укатил в Лондон с лордом и Шерлоком Холмсом в качестве лакея его сиятельства.
«Горностаевый клуб», куда стремился лорд Реджинальд, был маленький, но очень изысканный клуб.
Даже и самому безупречному кандидату нужно было много времени, терпения и осторожности, чтобы быть принятым в число членов этого клуба.
Лорд Глостер был одним из выдающихся членов клуба. Когда он прибыл туда, он застал еще только нескольких других членов.
Реджинальд поэтому и не оставался долго, тем более, что, он сейчас же нашел то лицо, которое он, по-видимому, искал. Уже через полчаса Шерлок Холмс, который должен был остаться в кэбе, увидел лорда под руку со знакомым ему с виду высшим чиновником из министерства колоний, выходящим из помещения клуба.
— Испытывайте меня, когда и сколько хотите, — говорил молодой министерский чиновник, обращаясь к Реджинальду. — Я был бы неблагодарным негодяем, если бы не старался высказать свою благодарность за услуги, которые вы оказывали не раз уже. Я сделаю то, что вам нужно, будьте в этом уверены. Если вы имеете основание предполагать, что этот Франк Смит, о котором вы мне давеча рассказывали, намеревается улизнуть из Австралии, чтобы вернуться сюда и делать вам неприятности, то я помешаю ему так, что ему невозможно будет выехать из Австралии раньше отбытия законом положенного срока наказания.
Лорд, по-видимому, был весьма обрадован этим обещанием. Он схватил руку своего приятеля и крепко пожал ее.
— Благодарю вас, — сказал он, садясь в кэб, — вы молодец, Боб, я знал, что могу обратиться к вам с полным доверием в случае чего-нибудь эдакого — ваш брат властелин в министерстве колоний всегда может делать, что угодно, даже в Австралии, конечно, частным образом, — присовокупил он, когда его приятель собирался возражать.
Затем лорд дал кучеру знак тронуть, и поехать по направлению к Гайд-Парку, так как он намеревался нанести визит семье министра, за дочерью которого он ухаживал, и так как дворец министра был расположен вблизи Гайд-Парка.
Своему лакею Чарли он милостиво разрешил пошататься по Лондону в течение нескольких часов до возвращения в замок.
А Чарли-Холмс только этого и дожидался.
Он немедленно отправился к себе домой на Бэкер-стрит, с тем, чтобы вместе с Гарри Тэксоном, своим помощником, которого он надеялся застать дома, предпринять экскурсию в восточную часть Лондона, казавшуюся ему в данное время очень важной и необходимой.
Приблизительно через час двое мужчин, по-видимому из рабочих, в синих блузах, спешили по оживленным улицам и дошли наконец до мелочной лавочки в одном из самых темных кварталов восточной части Лондона.
Судя по возрасту, то были отец и сын; интимность в их разговоре также допускала это предположение.
— Вот мы и у цели, — произнес старший, и решительно поднялся по ступенькам лестницы, ведущей ко входу в лавку. — Я теперь познакомлю тебя с наихитрейшим парнем, который не без основания на своей вывеске изобразил лисицу. Он и есть лисица в образе человека, этот м-р Том Бурк!
— Ладно, начальник, — ответил Гарри, помощник знаменитого сыщика; за синими блузами скрывался никто иной, как Шерлок Холмс и Гарри Тэксон.
Они вошли в лавку, которая во всю свою длину была разделена на две части длинной стойкой, и в которой было так темно, что с трудом можно было различать находящиеся в ней предметы.
Их внимание было привлечено прежде всего м-ром Бурком, владельцем лавки.
Он стоял за прилавком и по-видимому с большим интересом ожидал, чего именно хотят новые посетители.