Впереди него шел высокий нескладный юноша, сутуливший плечи под добротной полотняной рубахой. Грег невольно держался его спины, так было меньше необходимости прокладывать себе дорогу. Казалось, юноша тоже шел на запах свежей выпечки.
Грег не ошибся. Когда перед ними показался открытый деревянный лоток, полный лепешек, ковриг и булок, юноша, шедший впереди, одним неуловимым движением снял с лотка буханку, и миновал торговку как ни в чем не бывало. Немолодая уже женщина даже ухом не повела, не заметив движения хлебного вора.
Дурной пример заразителен. Желудок снова жалобно заурчал и Грег, не колеблясь больше, тоже схватил с лотка ковригу и пошел дальше. Вернее, попытался.
- Вор! А ну отдай хлеб! Держи вора!!! – вдруг заголосила торговка, показывая пальцем на Грега, и выбираясь из-за лотка.
Толпа пришла в движение, люди стали оглядываться, а юноша, шедший впереди, внезапно бросился вперед, приняв крик торговки на свой счет.
У Грега не было выбора. Увернувшись от чьих-то цепких рук, он бросился вслед за юношей, понимая, что тот знает город, и сможет легко уйти от погони.
Расчет был верным. Юноша свернул в какую-то узкую щель между домами, Грег юркнул за ним, и бежать стало заметно легче – люди больше не толклись вокруг. За спиной послышались голоса и топот погони, юноша прибавил скорости, нырнул на другую улицу, а Грег повторил его маневр.
… На миг ему показалось, что он где-то в старой части Монако, или в Италии – только там он видел такие длинные узкие улицы. Обоими плечами одновременно он касался стен противоположных домов, и если бы не погоня, ни за что не залез бы в этот ад клаустрофоба .
Рубаха юноши мелькнула в конце улицы и скрылась, шаги за спиной тоже не были слышны. Кажется, их больше никто не преследовал. Грег облегченно выдохнул, однако сбавлять скорость не стал, надеясь поскорее выбраться из этого кроличьего лаза.
Однако, когда улица закончилась, и он наконец очутился на просторе, его довольно резко сбили с ног жестким ударом кулака в солнечное сплетение.
Грег скорчился и на миг потерял ориентацию, коврига, которую он с таким трудом выкрал с лотка, упала в пыль, а он от нахлынувшей обиды и внезапной ярости быстро вскочил на ноги в поисках обидчика.
Юноша, за которым он бежал с рыночной площади, стоял, скрестив руки на груди, и внимательно его рассматривал.
У него были длинные спутанные черные волосы, распущенные по плечам, щеку и губу пересекал шрам от ножа, а нос был явно однажды сломан в потасовке. Все это прибавляло ему лет, и если со спины он выглядел как юноша, то лицом это был молодой мужчина с явно непростой жизнью.
Незнакомец посмотрел на ковригу, лежащую в пыли, и лицо его вдруг стало чуть мягче:
- А я то удивился, как эта растяпа смогла заметить, что я у нее хлеб стырил. Столько лет не видела, а тут нате пожалуйста. А это из-за тебя она вой подняла.
Грег, не отводя взгляда от незнакомца, поднял ковригу. Как бы ни закончилась их беседа, оставаться без ужина он явно не собирался.
- Диорт, - представился долговязый. – Я думал, ты за мной гонишься.
- Угонишься за тобой, как же, - проворчал Грег, потирая место ушиба.
- Жрать что ли хочешь? – кивнул Диорт на ковригу и, не дожидаясь ответа, предложил: - Пошли, накормлю.
Грег не заставил себя уговаривать. Долговязый повернулся спиной и пошел вперед, даже не оглядываясь. Грег старался не отставать. Сбитые ноги, про которые он забыл в пылу погони, жалобно ныли, желудок урчал, и все, о чем он сейчас мог мечтать – это оказаться в укромном месте, подальше от любопытных глаз, присесть, съесть хлеба, запивая все водой, и немного подумать. Все, что он видел, уже подталкивало его к некоторым выводам. Он точно попал не к реконструкторам, у тех денег бы не хватило на столь правдоподобные декорации. Он определенно перенесся во времени. И это точно не бред воспаленного сознания. Как говорил один из персонажей Джоан Роулинг, «на такое моей фантазии бы не хватило».
Диорт провел его через несколько улиц и вывел на пустырь на окраине городка. Бурая земля поросла колючим цепким кустарником, но долговязый так ловко лавировал между ветками, что не потревожил ни единой. Грег старался идти в след, но проскальзывать не получалось. Колючки больно царапали руки, впивались в босые ноги, и настроение портилось все сильнее.
- Пришли, - внезапно сказал Диорт, и Грег, отвлекшийся на борьбу с местной флорой, поднял глаза. Перед ним стоял одинокий полуразрушенный дом, когда-то двухэтажный, но явно заброшенный еще на этапе строительства, и теперь оконные проемы зияли пустотой, да и само здание не вызывало доверия.