— Ханна… — тихо прошептала она, принюхиваясь.
— Что? — слегка с раздражением ответила та, продолжая идти вперед, пока чуть не подскользнулась на полу. Темная жижа, из-за которой девушка чуть не потеряла равновесие, растянулось почти по всему полу у входа к сцене.
— Это еще что такое? — девушка попыталась стряхнуть зловонное месиво со своих ботинок. А когда подняла взгляд выше, Эбби в один прыжок зажала ей рот своей рукой. Расширенные от ужаса глаза Ханны уставились на мертвое тело клоуна, что распластался на железной лестнице, неестественно раскинув руки. На шее его зияла огромная рваная рана, а глаза давно померкшие, устремились прямиком на девушек. Багровая жижа, мало напоминающая кровь, все еще медленно стекала с его тела прямо на холодный пол.
Эбигейл нервно сглотнула, убирая свою ладонь от лица подруги.
— Он мертв не так давно, — она осторожно приблизилась к клоуну, стараясь рассмотреть его поближе. Непонятный запах вновь ударил прямиком в ноздри.
— Что за вонь, это мало напоминает кровь…
— Ты глянь на рот, — все так же шепча продолжила Ханна, немного приходя в себя.
— Черт… — Эбби резко отстранялась от клоуна.
— Зубы явно не как у человека?
Подруга утвердительно кивнула.
— Как мы и думали, они не были людьми. Надо вернуться за парнями, я не думаю что…
— Подожди! — резко прервала ее Эбби.
— Кажется я что-то слышу, помолчи секунду, — сосредоточившись на звуке, девушка постаралась даже не дышать.
— Что такое? — не унималась Ханна.
— Там кто-то есть? Нужно валить отсюда! Слышишь?
— Нет…просто словно, что-то капает… — Эбигейл сделала шаг в сторону сцены.
— Ты с ума сошла? — но подруга уже шагнула вперед.
В полумраке, освещенном лишь несколькими большими свечами, их взгляду открылась жуткая картина. Сцена, что находилась прямо перед ними, была уставлена бездыханными артистами. Они словно куклы стояли в своих позах, на обозрение всему залу. В самом ее центре, в большом обшитым шелком кресле сидела мадам Пюри. Ее не человеческая пасть была широко раскрыта, обнажая длинные острые зубы. Красные ногти женщины, с силой влезли в подлокотники и так там и остались. Мадам Пюри словно готова была прыгнуть в порыве злости, но так и не успела этого сделать.
— Кажется ей проткнули сердце, — Эбби осторожно приблизилась к телу.
— Крови почти нет, но эта черная дыра у нее в груди…а шея нетронута, в отличии от того клоуна…
— Черт Эбби! — Ханна едва подавила рвотный позыв. Она отвернулась от сцены зажав рот рукой, в то время как ее подруга пошла дальше.
— Не помнишь сколько было артистов? — все так же спокойно произнесла она, оглядывая тела.
— Ты серьезно? Откуда мне знать! — Ханна вновь повернулась к жуткому зрелищу, немного успокоившись.
— У всех рана в груди, да? — почти шепотом добавила она.
Эбигейл утвердительно кивнула, обходя всю сцену.
— И все они не люди..
— Эй! — раздался грубый голос у входа.
— Вы чего рацию отключили? — все парни и Адель, стояли прямо напротив них. Запыхавшись и приводя дыхание в порядок, они не сразу заметили отвратительную картину прямо перед своими глазами.
— Какого черта! — Рик первым узрел все происходящее. Помимо мадам Пюри, безжизненно сидящей в кресле он не мог отвести взгляда с жуткой балерины. Что неестественно согнувшись пополам смотрела потухшим взглядом прямо на него.
— Кто-то убил их… и да, как мы и думали, они не были людьми… — девушка вымучено уставилась на друзей.
— В Блэкфолс есть кто-то еще…
Глава 11. И грянет гром.
Забравшись с ногами под теплый плед, Эбби в полной тишине листала книгу, оставленную Мерфи. В тот вечер, последнее что они сделали это связались с Майком Альпом. Который в свою очередь, после осмотра мертвых существ, отправил ребят по домам. Прошли уже сутки, но ни коронер ни местные газеты так и не упомянули о случившимся.
Девушка устало вздохнула, потирая глаза. Прочитав почти половину книги, она старалась запомнить каждое описанное в нем существо. И вот, перевернув очередную страницу, ее сердце неприятно кольнуло. Грубый карандашный набросок, как и все другие в этой книге, смотрел на нее в зверином оскале, точь в точь как мадам Пюри. Те же вытянутые острые зубы, похожие на пасть пираньи, те же обезумевшие глаза. Наконец с силой отведя взгляд от рисунка, Эбигейл начала внимательно и в слух вчитываться в каждую строчку.