— Не прячь страх, я все равно его чувствую, — с наслаждением произнёс Мерфи, приближаясь к девушке. Та невольно дернулась, но тут же была схвачена холодной рукой инквизитора.
— Знаешь… я пытал многих людей, — с безумным блеском в глазах произнёс он.
— Выбивал им зубы… выдирал ногти, — он сделал небольшую паузу, ещё ближе пододвигаясь к Эбигейл.
— Сдирал кожу, — горячие дыхание коснулось уха девушки, вызвав сильную дрожь.
— Но тебя мне жаль уродовать, — его рука выпустила щипцы.
— Мы же знаем друг друга с детства, да Эбигейл? — прошептал он, потянувшись к бедру девушки.
— Ты всегда казалась мне такой чистой…и невинной. Зачем ты спуталась с этими отродьями? — с силой сжав её ногу, прокричал он. Его мокрый язык, прошелся по горячей шеи Эбби. Девушка вздрогнула и что есть мочи принялась брыкаться, но инквизитор был слишком силен. Заткнув ей рот остатком верёвки, мужчина продолжил…
Ашер с силой распахнул дверь дома Эбигейл. Полностью перевернутое жилище, заставило его почувствовать жгучую ярость. Отковыряв небольшую доску от пола, мужчина выудил оттуда несколько вырванных листов, о существованиях которых не знала даже Эбби. Бегло пробежав по содержимому глазами, Ашер вышел наружу. Вместо города, он вдруг резко свернул к лесу, скрываясь в тени высоких деревьев.
На центральной площади все приготовления были завершены. Огромный столб, что стоял окруженный сухими ветвями и соломой, был под охраной нескольких инквизиторов. Толпа уже потихоньку собиралась недалеко от него, яростно обсуждая приближающуюся казнь. Погода была на удивление ясной, в преддверие наступающего вечера.
Громкие шаги, со стороны церкви, словно заставили исчезнуть, все остальные звуки. Горожане тут же смолки, как только появился он… Мерфи с силой тащил Эбигейл к деревянному столбу. Обессиленная и подавленная девушка, едва могла держать голову, ее порванная одежда, в нескольких местах пропиталась кровью. Снайдер же, не обращая внимания на прокушенную губу, спокойно прижал девушку к деревянному столбу. Его большие руки с силой обмотали ее веревкой. Как только ведьма была надежно закреплена, гомон тут же вернулся на площадь и уже не стихал. Эбигейл подняла взгляд, с надеждой пробегая им по толпе, она нашла лишь Адель и Уайта, что понуро опустили глаза, стоило им только встретится с глазами подруги.
— У тебя был шанс, — прислонившись как можно ближе к уху девушки, процедил инквизитор.
— И все ещё есть… — добавил он, но Эбигейл лишь молчала.
— Твой друг Берт закован в кандалы, а так называемые друзья… не спешат на помощь.
Эбби с трудом подавила подступающие слезы. Она вновь взглянула на знакомых ей с детства жителей Блэкфолс, но увидела лишь страх и ненависть в их глазах. Тем временем Мерфи уже зажег небольшой факел, что взял у стоящего рядом мужчины.
— Жители Блэкфолс! Сегодня мы очистим наш город от грязи! Эта ведьма, — ткнул пальцем он в едва остающуюся в сознании Эбби.
— Была застукана за колдовством! В её доме были найдены различные записи и зарисовки об отвратительных… дьявольских созданиях! И по этому, приговор для неё лишь один!
— Сжечь ведьму! — раздалось из толпы. Девушка подняла голову, слезы и злость готовы были вырваться наружу.
— Сжечь! — вновь предательские голоса людей, пронеслись по площади. Довольный инквизитор расплылся в отвратительной улыбке. И не произнося больше ни слова, поднёс факел к сухой соломе. Пламя вмиг вспыхнуло, охватив сваленные ветки и деревянные доски. Серые клубы дыма заставили Эбигейл закашлять. Она видела довольные лица жителей Блэкфолс… многие из которых смотрели на казнь, как на представление. Горячее пламя, с ужасной болью лизнуло кожу, но Эбигейл лишь с силой стиснула зубы.
Жгучая ненависть поселилась в её сердце. Она вновь искала лица своих друзей, но тех нигде не было. В глазах Эбигейл отразилось алое пламя и не обращая внимание на невыносимую боль, девушка закричала.
— Я проклинаю вас! — взревела она, зная что чаще всего так и поступали ведьмы, которых так желал Блэкфолс…
— Я заберу вас с собой!
Голубое небо заволокло чёрными тучами, они словно окутывали город. Холодный порывистый ветер, с силой тушил пламя, а вдали раздался оглушительный раскат грома. Гомон стих, словно те наконец заметили изменения, но не на долго… Дикие вопли горожан послышались со всех сторон. Жуткие создания, которых Эбигейл видела лишь на страницах старого дневника отца, вылазили отовсюду. Разрывая всех и каждого на своём пути.