Лицо Уилла вытянулось от удивления.
Похоже, все женщины семьи Патерсон страдают психическими расстройствами. Сначала его ввергла в шоковое состояние выходка Терри, а теперь и ее сестрица решила доконать его.
– Вы сговорились?
– О чем ты говоришь?!
– Ты и Терри… вы хотите свести меня с ума?
– Вовсе нет, Уилл. Напротив, я хочу сделать тебя счастливым. Ты это заслужил. Даже не зная, что Джимми твой сын, ты стал ему настоящим отцом.
– Неужели ты вспомнила о своих материнских обязанностях? – недоверчиво поинтересовался Уилл.
– Более того, я хочу искупить свою вину перед Джимми. Ему всего год. Он научится называть меня мамой…
– А как же Терри?
– Терри должна ответить за свое легкомыслие. Она думала, что может запросто играть жизнями других людей.
– Миа, а чем ты лучше?
– Я и не говорю, что лучше Терри. Но я раскаиваюсь в том, что совершила.
– Ты легла в постель с мужем родной сестры. И без всякого зазрения совести отдала собственного ребенка…
– …Его отцу! – гневно бросила в ответ Миа. – Я не бросила Джимми на произвол судьбы. Я знала, что вы с Терри сделаете все от вас зависящее, чтобы Джимми не испытывал недостатка в любви.
– Что ты знаешь о любви?! – скептически спросил Уилл.
Миа погладила его по плечу.
– Я?.. – глухо спросила она.
Ее томный взгляд завораживал. Уилл не мог отвести глаза.
Перед ним сидела Терри. Его любимая и обожаемая жена. И в то же время это была не она. Миа источала страсть, словно цветочный нектар. И Уилл не мог противиться инстинкту, который тянул его, словно насекомое, к прекрасному цветку. Он едва сдерживался, чтобы не впиться губами в алые губы Миа, такие сладкие и влажные… Это было настоящее наваждение. Миа о чем-то щебетала, но Уилл уже не разбирал ее слов. Он как завороженный следил за ее губами, мечтал лишь попробовать их на вкус.
– Уилл, давай я отвезу тебя домой?
– Нет… нет, – вяло начал сопротивляться Уилл. – Я не хочу ехать домой.
– Да, я понимаю. Ты не хочешь встречаться с Терри. После того, что она совершила… – Миа сделала выразительную паузу и продолжила: – Мы можем поехать в отель. Я сняла номер.
– Правда? – с дурацкой пьяной улыбкой спросил он, будто Миа говорила о чем-то сверхъестественном.
– Да. Ты можешь переночевать у меня. – Миа улыбнулась ему, и последние сомнения рассеялись, растворившись в табачном дыме бара.
– Я немного пьян, – словно извиняясь, начал Уилл.
– Я помогу.
Миа подхватила его под руку, причем весьма своевременно. Уилл едва не упал, сползая с высокого табурета. Миа повела его к выходу. Уилл заметно покачивался. Перед глазами мелькали лица, но он никого не узнавал. Вдруг его ослепили два ярких пятна.
Миа остановила такси и помогла Уиллу сесть на заднее сиденье. Затем села сама.
– Отель «Мариотт», – сказала она водителю.
Тот кивнул и нажал на газ.
– Что же мне с тобой делать, Уилл? Зачем ты так напился? – пробормотала она себе под нос.
Уилл опустил отяжелевшие веки, но Миа не позволила ему уснуть. Она несколько раз похлопала его по щекам, пытаясь растормошить.
– Уилл, не спи! Мы скоро приедем.
Не хватало еще тащить его на своей спине, раздраженно подумала она, представляя лицо швейцара. Хорошо хоть, всегда можно выступить в роли бескорыстной помощницы: мол, помогла в трудную минуту родственнику. Парень перебрал, а она вовремя подоспела… Терри должна быть ей благодарна. Если бы не она, то Уилл напился бы до чертиков и еще чего доброго затеял бы в баре драку.
Миа намеренно не думала о том, что Уилл напился во многом благодаря ее стараниям.
– Заходи, Уилл! – прикрикнула на него Миа, теряя терпение.
Уилл вцепился в дверной косяк с таким видом, будто видел в нем свое спасение. Миа уперлась руками в его спину и буквально втолкнула Уилла в комнату.
Миа не изменила себе. Снятый номер состоял из двух просторных комнат – гостиной и спальни. Обе были обставлены со вкусом. Стены украшали картины-коллажи, отображавшие все многообразие современной жизни Америки.
Миа повела Уилла прямиком в спальню.
– Ты… ты такая добрая, – произнес он неразборчиво.
– Даже не представляешь насколько.
Миа закрыла за ними дверь. Уилл опустился на кровать.
– Я ждала этой минуты, – произнесла Миа медовым голосом.
Она встала напротив ошарашенного Уилла и стянула через голову майку. Под ней обнаружился черный кружевной бюстгальтер, сквозь который проступили напрягшиеся от возбуждения соски.
– Миа… что ты делаешь? – беспомощно выдохнул Уилл, не в силах заставить ее остановиться.
– Хочу сделать так, чтобы ты потерял голову от желания, – прошептала Миа, подойдя вплотную к Уиллу и прижав его голову к своей груди.
Уилл издал тихий стон, моля о пощаде. Но Миа была безжалостна.
Она положила руки Уилла на свои бедра и повиляла ими.
– Твои руки сами знают, что нужно делать.
Уилл закрыл глаза и отдался страсти, поглотившей его вместе с алкоголем.
Эта ночь отличалась от первой. Уилл ни разу не сказал «люблю», понимая, что ласкает не Терри, а ее сестру. Он не мог остановиться, даже осознавая, что нарушает брачную клятву.
Он был зол на Терри. И сейчас, сжимая в объятиях Миа, он словно желал отомстить Терри за злую шутку, которую она сыграла с ним. Она была уверена, что он не почувствует разницы между ней и Миа. Как же Терри ошибалась! Уилл ощущал ее.
Терри он любил, а с Миа у него только секс. Животная страсть, вырвавшаяся на волю только под действием виски.
Он жадно, почти с остервенением впился в губы Миа. Желая обуздать его порыв, она прикусила его губу. Поцелуй приобрел вкус крови, но это не остановило ни Уилла, ни Миа. Они срывали друг с друга одежду, словно безумцы.
Уилл повалил Миа на кровать и припал губами к груди Миа. На мгновение она даже испугалась, что Уилл будет слишком груб с ней. Она негромко вскрикнула и выгнула спину, подставляя свою грудь горячему языку любовника…
12
Уилл проснулся от жуткой головой боли, как будто кто-то стучал отбойными молотками по черепу. Уилл впервые в жизни испытывал такое похмелье. Правда, и выпил он вчера гораздо больше, чем когда-либо. Он повернул голову, сдерживая стон… и вскрикнул от неожиданности.
На соседней подушке лежала женская голова. Терри никогда не завивала волосы… Внезапно события вчерашнего вечера сложились в целостное воспоминание. И оно было ужасно. Признание Терри в обмане… Джимми его родной сын… бар… виски… Миа…
– Миа? – тихо позвал Уилл, втайне надеясь, что это не она.
Женщина повернула голову и сонно улыбнулась.
– Доброе утро.
– Нет! – Уилл схватился за голову, которая стала болеть еще сильнее. – Ничего не было.
– Уилл, только не устраивай истерику.
– Ты… ты все подстроила.
– Нет, Уилл, просто случилось то, чего мы оба хотели.
– Я не хотел…
– Поверь мне, Уилл: ты очень хотел. Джинсы трещали по швам.
Миа улыбнулась. Она подложила руки под голову, словно лежала на пляже, под ярким солнцем.
– Это было ошибкой. Я был пьян. Я ничего… абсолютно ничего не соображал…
– Вообще-то мне, как и любой женщине, очень неприятно слышать после ночи любви подобные слова.
– Какой еще «ночи любви»? О любви здесь вообще речи не идет! Я никогда тебя не любил, Миа.
– Разумеется, ты ведь любишь только Терри.
– Да. Именно поэтому я женился на ней.
– И именно поэтому ты ей уже дважды изменил со мной. А возможно, я не единственная.
– Замолчи!
Уилл угрожающе навис над Миа, но она и бровью не повела.
Она чувствовала себя победительницей и не желала это скрывать. Терри считала, что Уилл будет верен ей до конца жизни? Ха-ха! Он обычный мужчина. Стоит его поманить пальчиком, как он уже забывает обо всех клятвах и обетах. Терри нравилось обманывать себя, говоря, будто Уилл принимал Миа за нее. Эта ночь лишила Терри главного козыря.