Сердечно вам преданный Рекс.
Внизу была приписка:
Если пароход отойдет отсюда в среду — что еще неизвестно, — то я скоро вернусь домой. Если я вам ничего не напишу, то знайте, что я изменил решение. В Палермо много прекрасных: женщин…
За этой припиской следовала вторая:
Приглашаю вас и умнейшего Карвера пообедать со мной в день приезда.
Тэб усмехнулся, спрятал письмо и кольцо в ящик стола и задумался: не пустить ли Рекса в самом деле снова к себе? Временами он сильно без него скучал… Тэб с улыбкой подумал о последней «приписке»: вероятно, увлечение мисс Эрдферн прошло окончательно. Тэб должен был в этот день пить у нее чай. Он снова улыбнулся…
Дело Трэнсмира становилось ему в тягость — ему надоело обо всем умалчивать. Встретившись днем с Карвером, он откровенно ему об этом сказал. Карвер сразу понял его.
— Теперь вы можете писать о чем хотите, кроме… булавок.
Тэб обрадовался и в таком веселом настроении направился в Централ-отель к мисс Эрдферн. Она встретила его очень ласково, протянула ему обе руки и приветствовала крепким рукопожатием.
— Какой у вас усталый вид! — воскликнула она. — Точно вы не спали целую неделю!.. Вы все, вероятно, заняты этим новым убийством? — Она усмехнулась и стала разливать чай.
— Ведь Браун и есть тот человек, которого вы так долго разыскивали, не правда ли?.. Вероятно, о нем именно и рассказывал И Линг…
Тэб утвердительно кивнул.
— Несчастный!.. — с сожалением промолвила она. — А этот Вальтерс? Что с ним? Я видела его всего лишь раз, но он мне показался отвратительным!.. — и она быстро переменила тему разговора.
— Знаете ли вы, что я получила предложение вернуться на сцену?
— Ах, так…
— Да… Но я отказала. Я ненавижу сцену. У меня с ней связаны самые тяжелые воспоминания…
Тэб вспомнил о письме, полученном им утром от Рекса.
— Знаете ли вы, что Рекс скоро возвращается? Он вам больше не писал?
Она отрицательно покачала головой, и лицо ее вдруг сделалось серьезным.
— Нет, он не писал мне больше после того странного письма. Мне очень его жаль…
Тэб лукаво усмехнулся.
— О! не жалейте его! Этот беспутный малый уже вполне исцелился от своей сердечной раны… Юношеские увлечения никогда не бывают длительны…
— Вы рассуждаете, как седовласый старец… А вы сами исцелились от своего увлечения?
— Какого? Да, до известной степени…
— Что же вы подразумеваете под известной степенью? — спросила, улыбаясь, мисс Эрдферн.
— Я не совсем правильно выразился, я хотел сказать до какого-то времени…
Их взоры встретились, и она первой опустила глаза.
— На вашем месте, господин Тэб, я бы постаралась забыть о нем: ведь влюбленные бывают иногда несносны…
— Вы так считаете?..
— Я так считала… — поправилась она и тотчас же переменила тему: — Любопытно, чем теперь займется ваш Рекс?.. Он так богат… Я никогда не думала, что Трэнсмир оставит ему все свое состояние: старик часто ворчал на племянника, упрекая за расточительность и праздность… Или Трэнсмир не оставил завещания, и молодой Лендер унаследовал все по закону?.. Как ближайший родственник покойного?
— Нет, это не так. Старик оставил собственноручное завещание…
— Ах, вот как! — воскликнула мисс Эрдферн, уронив чашку.
Она побледнела, руки ее дрожали.
— Повторите то, что вы только что сказали!..
— Что именно? Разве вы об этом не знали?
— О, Боже!.. О, Боже!.. Как это ужасно!
— В чем дело, Урсула?.. Вам нехорошо?..
Мисс Эрдферн грустно покачала головой.
— Нет… Пустяки! Это пройдет… Я сейчас вспомнила… Простите меня!.. — она повернулась и выбежала из комнаты.
Тэб был озадачен, так как не знал, что думать. Прошло не менее четверти часа, прежде чем она вернулась, все еще бледная, но уже вполне владея собой.
— Мои нервы никуда не годятся, простите меня, — сказала она с усмешкой, как бы оправдываясь перед гостем.
— Но что вас так огорчило и потрясло?..
— Право, не знаю. Вы говорили о завещании, и я вспомнила все…
— Урсула, вы что-то от меня скрываете, — в его голосе звучал упрек. — Почему вы так расстроились?
Она снова покачала головой.
— Я говорю вам всю правду, Тэб. — Она впервые назвала его не по фамилии.
Он густо покраснел. Она заметила свою оплошность и сказала:
— Простите, я назвала вас по имени… Старая театральная привычка… Собственно, мне нужно было звать вас по имени с первого дня нашего знакомства… А теперь уходите!.. Я очень устала… Не возражайте!..