— Джефф, можешь быть свободен.
— Но господин…
— Я позову, если мне понадобится твоя помощь.
— Да, граф.
Он покинул столовую, оставив хозяина наедине с гувернанткой.
— Почему ты игнорировала мои просьбы? — как ни в чем не бывало спросил граф Крейг девушку.
— Разве вы не знаете, господин Блэкуорт?
— Ты обещала называть меня по имени.
— Это не так легко, как кажется.
— А ты попробуй.
— Хорошо, Крейг, я стану называть тебя так, как ты просишь, но только тогда, когда нас никто не слышит.
— На большее я пока не смел надеяться, — усмехнулся граф и заложил салфетку за воротник.
Они прервались на еду.
— Как утренняя поездка? — спросил Крейг Блэкуорт, разрезая ножом небольшой кусок мяса и накалывая его на вилку.
— Ты знал?
— Не услышать грохот автомобиля графа Мюррея было невозможно.
— Граф был так любезен, он покатал на машине детей. Они остались в полном восторге.
— А ты? Тебе тоже понравилось? — равнодушно спросил граф, отправляя кусок мяса в рот.
— Это была приятная прогулка.
Граф перестал жевать, устремляя взгляд на гувернантку. Какое‑то время он молча ел.
— Граф Адам проиграл мне в споре, однако вижу, его это не останавливает.
— Я говорила ему, что ты будешь недоволен.
— Слабо сказано — недоволен. Я в бешенстве. И что на это ответил наш красавчик граф?
— То, что он говорил не переступать порог дома, а вот про остальное он не обещал.
— Вот как! — граф взял бокал в руки с красным вином и взболтнул его содержимое. Потом пригубил немного.
— Какая кошка между вами пробежала? — спросила Джейн.
— Большая, очень большая кошка. Старый граф Мюррей виновен в смерти моего отца. Мой родитель был игроком до конца своей жизни. Перед тем, как пустить пулю себе в лоб, он проиграл отцу Адама родовое поместье Блэкхилл. Последнее, что у него осталось. Отец умолял на коленях старого графа дать ему шанс отыграться, но тот был непреклонен. Он давно мечтал заполучить соседние земли.
— Так вот в чем дело! Но ведь граф Адам вернул особняк.
— Да. Но с самого детства мы соревновались с ним во всем. Это не прекратится никогда. И неужели ты думаешь, что в самом деле заинтересовала графа? Он использует тебя, чтобы насалить мне.
— Ты ошибаешься, я не питаю никаких иллюзий по этому поводу. Я просила графа не беспокоить меня.
— Дай‑ка угадаю, что он ответил!
— Ты прав, он не принял мой отказ.
— И в этом весь он, — хмыкнул Крейг Блэкуорт. — Было бы удивительно, если бы он отступил.
— Вы очень похожи между собой. Жаль, что вы стали врагами.
Граф Блэкуорт оценивающе посмотрел на девушку.
— Иногда, правда очень редко, и мне жаль. Но прошлое довлеет над нами, и я не в силах изменить его.
— А мне кажется, что ты уже многое поменял в своей жизни. Благодаря твоей доброте, Эмми и Тед обрели семью. Они счастливы в этом доме, а я так и не выразила тебе свою благодарность.
Крейг бросил в сторону девушки пытливый взгляд.
— Дети должны расти в семье, чтобы чувствовать любовь и защиту. К сожалению, я не могу спасти всех детей, но я продолжаю помогать приюту. А еще благодаря твоему содействию дети так легко перенесли переезд, ты для них многое значишь. Но счастлива ли ты, Джейн?
Молодая учительница вздрогнула от неожиданного вопроса.
— Я? Почему ты спрашиваешь?
— Это разве так странно?
— Нет… Да… — девушка совсем запуталась. — Я не знаю, как ответить на этот вопрос.
— Просто скажи то, что чувствуешь. Я бы хотел получить правдивый ответ.
Джейн попала в тонко расставленную ловушку. Любой ответ будет звучать неправильно.
— Я не могу не радоваться за детей.
— Я спрашиваю о твоем счастье, рада ли ты тому, что здесь, — упрямо настаивал граф.
Джейн догадывалась, почему он спрашивает, она чувствовала, как граф ждет от нее ответа. А ведь она боялась признаться самой себе, что счастлива рядом с хозяином дома. Да, невыносимый, высокомерный, но граф притягивал к себе, очаровывал своим обаянием, и чем больше Джейн ему сопротивлялась, тем больше ей хотелось видеть графа. Если она признает, что счастлива, этим она подтвердит, что счастлива благодаря ему. А если честнее, из‑за того, что он рядом.
— Спасибо, я всем довольна и рада, что служу в этом доме.
Граф Крейг ничего не ответил на слова гувернантки. Он снял салфетку и положил ее на стол. Потом заметил:
— Вижу, ты не ешь.
— Я уже насытилась. Если можно, я оставлю тебя.
— Сначала помоги мне дойти до двери.