— Да мало ли таких историй! — вздыхала Кира в кабинете руководителя, нервно притоптывая ступней в туфлях на острой шпильке. — Тут и там о нечисти говорят! Алкоголизм — вот единственная реальная причина всех этих россказней. Владислав Павлович, да мы авторитет канала с таким репортажем подорвем. Понимаете? Мы же о серьезных вещах рассказываем, о политике, в конце-то концов! Ну какая чупакабра?
Последний вопрос девушка задала почти с отчаянием, а ее рука невольно указала за окно, где раскинулись небоскребы. Даже здесь, на приличной высоте, доносился шум с дороги, сигналы водителей и вой сирены скорой помощи. Жизнь в столице кипела, а оттого упоминания нечисти звучали особенно неуместно.
— Кира Евгеньевна, присядь, пожалуйста! — примирительно поднял руки редактор, недавно женившийся и все еще прибывавший в приподнятом расположении духа. — Все понимаем, сами озадачены. Только история эта завирусилась, все соцсети переполнены. Конкуренты наперебой рассказывают, коллеги контент делают и просмотры собирают. Не для канала, для видеохостинга нужно. Съездите, посмотрите, чудовище какое найдете, а здесь пока все поуляжется, сама понимаешь... вот, молодые таланты подтянешь! Артем, был когда-нибудь в Удмуртии? Зря, Артем! Родниковый край, между прочим! Ехать надо!
— А чего еще местные говорят? — тихо подал голос оператор, почувствовавший несвойственную ему робость. Сбивало четкое ощущение, что в кабинете происходит нечто, что он не понимает. Так оно и было.
Артему не так давно исполнилось двадцать четыре года, он бы не на много младше Киры, но порой поражался ее смелости разговаривать с руководством в таком тоне. Сам он не умел повышать голос — сразу срывался на хрип. Хотя со стороны казалось, что этот высокий парень с кудрявыми, светлыми волосами, мог впечатлить собеседника одним лишь своим ростом. Тем не менее, оператор предпочитал уступать чужому напору.
— Вот, хороший разговор начался! — хлопнул по столу радостный редактор, поворачивая к коллегам широкий монитор. — В интернете ходят истории, что жители столкнулись с кражей скота, а чуть ли не каждый местный с призраком за руку здоровался. Вот этот, например, говорит, что около пруда встретил девушку с черными волосами. Она обнаженная на рассвете изволила ванны принимать прямо в этом болоте.
На экране замельтешил короткий клип, собравший под миллион лайков, еще больше просмотров и свыше сотни тысяч комментариев. На нем пожилой мужчина с безумицей в глазах рассказывал, как он шел на рассвете и от увиденного припустил так, как не бегал даже в молодости. Под роликом люди делились своими историями, выражали недоверием и даже посмеивались над паленой деревенской водкой, однако один комментатор привлек внимание. «Совсем под градусами поехали! У людей леса вывозят фурами, а сами про демонов каких-то говорят. Глаза разуйте, скоро оглянетесь, а вокруг ни пенька!».
— Что с лесом? — вопросила Кира, всем нутром почуявшая реально значимую тему.
— Что? — переспросил Владислав Павлович, который в этот момент вместе с Артемом просматривал уже второй ролик, где пожилая женщина рассказывала о селе ведьм. — А, лес! Видел комментарии, что его вывозят там, мол, незаконно. Ты смотри дальше... деревня эта, «Чертики», появилась на месте старого села с аналогичным названием. Процветало оно в годы СССР, тут тебе и школа, и клуб, и даже библиотека какая-никакая. Союз развалился, люди переезжать стали, школу забросили. Теперь деревушка обмельчала.
История выходила обычная. Жители потихоньку разъезжались, намереваясь найти лучшее место, а в деревушке остались пожилые люди. Периодически к ним свозили внуков на летние каникулы, да туристы заглядывали. Неподалеку пролегала река Сива, по которой спускались группы байдарочников.
— Истории с мистикой этой всплыли пару месяцев назад, говорят, какой-то начинающий блогер к бабушке приехал, местных наслушался и стал контент пилить. — рассказал главный редактор, по поручению которого собрали досье. — Все еще там он. Все лето, пока студенческие обязательства не позовут обратно. Вот с него и начните.
С него Кира и Артем действительно планировали начать. Звали студента Анатолием, учился он на филолога и всячески поддерживал образ мистического места у этой деревушки. Не иначе, как почувствовал золотую жилу. Неделя в «Чертиках» привлекла к нему внимание и подписчиков, а сам он перерастал в блогера с небольшой, но активной аудиторией.
Кира подозревала, что сам Анатолий едва ли верит в происходящее в деревне, но упорно снимает ролики. Причем ни один из них не демонстрировал хотя бы кусочка чертовщины, только рассказы от лица местных. Но если бы ему удалось заснять чупакабру или призрака, просмотры бы взлетели. Может студент боялся один в ночи отправляться на поиски нечисти? Вдруг не повезет и в самом деле найдет?