У стены был стол, заваленный пергаментами, веерами, черепами, бусами, брошками в большой перевёрнутой шляпе, а на самом краю стояли на подставках чучела зверей: рыжая облезлая лиса и коричневая роскошная черепаха с зелёными глазами из стекла.
- Мне так жаль, Марта, не получилось поймать двух оборотней. В мой капкан попался только Готорн, а его невозможно брать на опыты. Готорн Райс – самый болтливый и самый интеллигентный оборотень Города Теней, он же профессор математики, какие опыты, - Детектив поклонился, - зато у нас новенький, Генри Баскет, а ещё гости из подземелий – Лика Лайт и Джеки Хилл.
- Ничего нельзя никому поручить, - тоненькая женщина с тёмно-рыжими волосами, уложенными в затейливую причёску, куталась в фиалковую шаль, ёрзая в огромном кресле.
Зелёное платье казалось было сшито из подсвеченного хрусталя.
- Я сказала вам привести двух оборотней? Нет! – она нахмурилась. – Вы ослышались, Сэмюэль! Я просила поймать двойной полтергейст! – бесцветные глаза уперлись в лицо Генри. – С вами что-то не так, молодой человек? Это вы выбрались к нам на свет из подземелий?
- Нет, я только недавно приехал в Город, - вздрогнул от холода во взгляде Медиума Генри.
- Странный потусторонний флёр окутывает его ментальное тело, - забормотала Медиум, казалось, это не она говорит, а какой-то старинный прибор, навроде, фонографа транслирует запись голоса. – Говорите правду, юноша, вы – привидение? – рявкнула женщина неожиданно громко.
- Нет, - Генри ущипнул себя за руку и поняв, что не чувствует боли, ужаснулся.
Может, он на самом деле уже стал призраком?
- У него медальон Пограничника, - доложил Детектив.
- А… у этой мелкой безделушки, действительно, ужасный магический фон, - качнула головой Медиум, теряя интерес к Генри. – Хотите сеанс, мистер..?
- … Баскет, меня зовут мистер Баскет, - торопливо подсказал ей Генри и попытался ущипнуть вторую руку – никакой боли.
Это настораживало.
- Я хотел бы… я, чтобы вы… раскинули для меня карты, - пролепетал он, мучительно краснея, - или что вы там обычно делаете.
Раздался смех, хохотал питон, извиваясь на круглом столе у стены.
- Карты, мисс Марта, карты! Ой, не могу больш-ш-ше… - питон завязался в изумительный узел и шлёпнулся на пол, уронив чучело черепахи, которое встряхнулось и пошлёпало куда-то к подоконнику, там была большая миска с молоком. – Берта! – питон подполз к черепахе, не смей пить моё молоко!
Черепаха не ответила, к полной радости Генри, зато зачмокала быстрее, молоко убывало со страшной скоростью, Уроборос присоединился к нежданной гостье.
- Я не цыганка, мистер Баскет, - очень холодно проговорила Медиум, - кстати, у вас весьма забавный псевдоним. Я вам и без всякого сеанса связи с миром духов скажу, что вы ищете Дом с красными окнами, а четвёртая часть карты есть у мистера Шулера. Если вы сумеете его обыграть, я очень удивлюсь. Микки, на тебя я не наливала молока! Глупая лисица! Ты на диете, Микки! – Медиум запустила клубком ниток в лису, крадущуюся к молоку.
Только это были не нитки, а черапаха Берта, забравшаяся в домик после плотной трапезы на ночь.
Лиса тёрла нос и ушибленную голову, питон смеялся, черепаха шипела что-то нелицеприятное на своём черепашьем языке.
- Удачи, мистер Корзинка, удачи, - прошипела Медиум, словно была механизмом, у которого закончился завод.
- Благодарен вам, - буркнул Генри и повернулся к Джеки.
Тот быстро отскочил от Лики.
- Час поздний, нам пора. Если у вас нет ночлега, господа, я приглашаю вас к себе, гостиная и вторая спальня в полном вашем распоряжении, - поклонился странно улыбнувшийся Детектив.
А Генри пылал гневом: неужели, предательница Лика шепталась с Джеки? И поднялись они вместе их подземелий. Может быть, они заодно?
Кое-как пробравшись по коридору, заваленному разным барахлом, Генри вышел наконец на улицу.
Совершенно по-земному светили яркие звёзды, прохладный ветерок остудил горящие щёки.
Но самым неприятным было то, что Генри не чувстовал обеих рук.
Ему стало страшно. Что это? Паралич? Или какая-то неведомая местная болезнь, которой он заразился, хватая разные вещи?