Как ни странно Генри вкусно и сытно поел. Довольны были и остальные. Грибной напиток лилового цвета особенно понравился Генри, но спрашивать, из чего и как изготовили пенную жидкость в его бокале, Баскет не стал, себе дороже.
Когда они вышли из ресторанчика, стемнело. Горожане разбрелись по домам, будто и не было никакого праздника. Зато за спиной шныряли какие-то загадочные личности в чёрных плащах, что очень нервировало. Особенно часто подпрыгивал и вздрагивал Джеки. Вдруг он и вовсе сорвался с места и юркнул в туман вместе с девятью кусочками драгоценной карты в кармане.
Генри побежал за ним, хотя помнил, что эти белые клубы очень опасны, Лика и Детектив брели следом.
Войдя в туман, в котором где-то впереди промелькнул взлохмаченный и расстроенный чем-то Джеки, Генри уткнулся в чёрное двойное зеркало. Несколько вздохов он размышлял над тем, зачем в тумане зеркало, если оно почти не отражает предметы? Лицо Генри казалось бледным и вытянутым овалом со смазанными полосками вместо глаз, рта и носа. Но потом охнула-вскрикнула рядом Лика, которую сгребла чудовищная лапа.
И Генри увидел прекрасное женское лицо, обрамлённое локонами чёрного цвета.
Пытаясь сообразить, кто это ростом с двухэтажный дом, с такими странными когтями на ногах и мускулистыми львиными лапами вместо рук, он пробормотал: «Сфинкс?»
- Я отвечу на один ваш вопрос. Это вопрос? – прогремело будто в усиленный в миллион раз громкоговоритель.
- Нет, нет, я ничего не спрашивал! – проговорил Генри. - Я готов разгадать вашу загадку, леди, чтобы вы отпустили эту девицу.
- Загадку? – прекрасное лицо склонилось к правому округлому плечу.
Генри попытался разглядеть изящную барышню-сфинкса, привстав на цыпочки и запрокинув голову:
- Именно, сфинксы – самые таинственные господа в мифологии, - пробормотал он.
- О, да, вы не лишены воспитания, всего лишь человеческого, и некоторого шарма, - промурлыкала барышня, её зелёные глаза заблестели, - я задам вам простой вопрос, джентльмен, слушайте внимательно, но это вам всё равно не поможет, друг мой.
Сфинкс рассмеялась колокольчатым приятным смехом, но так громко. Что у Генри заложило уши, а Лика обвисла в когтистой лапе, видимо, отправившись в спасительный обморок.
- Дайте мне то, что наполняет разумных тварей мужеством, но при этом трясётся, как хвост зайчонка, - начала сфинкс, сверкнув белозубой улыбкой, - то, что разрывается от горя и переполняется от любви, то, что называют вещим и верным, ледяным и пламенным, то, что работает бесшумно, но иногда стучит на весь дом.
Она опять улыбнулась.
Руки Генри потянулись к карману куртки, там был алый бархатно-шёлковый мешочек, в который он так и не заглянул, что-то подсказывало ему, что это и есть ответ.
Генри развязал карсный шнур и протянул сфинксу на ладони пульсирующее алое сердце.
Сфинкс разажала лапу, и Лика упала в туман. Крылатая дама взяла очень осторожно дрогнувшее сердце и склонила голову к левому плечу:
- Один вопрос, - напомнила она Генри, не отрывая взгляда от крошечного в её лапе сердца.
- Где нам найти три оставшиеся четвертушки карты?! – выпалил Генри.
- А может быть, ты хочешь узнать что-то ещё? – голос сфинкса звучал обманчиво бархатисто.
- Нет, это самый важный вопрос сейчас, - ответил Генри, сдерживая дрогнувшие пальцы.
На самом деле он многое мечтал спросить, но выбрал тот вопрос, ответ на который поможет вернуться домой и не только ему.
- Вы отыщите ответ в Сити-Холле, если пойдёте туда все вместе, впятером, - лицо сфинкса закрыли клубы тумана.
Генри схватил Лику на руки и выпрыгнул из тумана, он чуть не уронил девушку, подхватил в последний миг и, тяжело дыша, сел на мостовую, устало прислонившись плечом к углу какого-то дома.
«Почему впятером? Нас четверо, вместе с Детективом», - Генри не заметил, как произнёс этот вопрос вслух.
Очнувшаяся Лика ответила:
- С нами был Готорн, он пятый, помнишь?
- И где нам искать этого Оборотня? – выдохнул Генри, на душе было так тоскливо, будто он отдал своё собственное сердце, а не то, что обменял на бриллиант у горгулий.