Вернувшись в свой дом, я стала думать, где искать мне Тео или все-таки попытаться найти эти сокровища. Я долго сидела на диване и смотрела в одну точку. Время близилось к полудню, а я так и не продвинулась в поисках. Я пошла на кухню и пожарила себе яичницу из последних яиц. Продуктов оставалось не много, но мне точно хватит на неделю, из них: картошка, сардельки, четыре банки тушенки, сыр, две пачки макарон, пачка гречки, не много колбасы, печенье,конфеты и пол батона. Надеюсь за неделю я найду Тео, хотя мне дали меньший срок. Вспомнила как мы с Тео хотели приготовить картошку на костре и сардельки, мы обязательно их еще приготовим с тобой Тео.
-Тео я обязательно тебя найду, даю слово! -я прокричала на весь дом.
У меня оставалось только два дня, чтобы найти Тео. Сегодня вечером пойду еще раз до Финской деревни.
Мне нужен чистый лист бумаги и ручка. Где-то у бабушки я видела тетрадь, может там есть чистые листы. А ручка есть у меня в рюкзаке. Я поднялась в комнату, где мы спали с Тео и достала из рюкзака ручку. Спустилась вниз и зашла в большую комнату, подошла к серванту и открыла дверцу, а вот и тетрадки, они лежат на нижней полке. Под тетрадями лежали старые газеты, может в них есть какая-нибудь информация. Я достала всю пачку газет и тетрадей и положила все на стол. Шкатулки переложила на полку над камином.
Отложив тетради в сторону, взяла первую газету. На ней было название "На страже Родины", тысяча девятьсот сорок третий год. Я пролистала газету внимательно, ни чего нужного не нашла. Последняя газета дотировалась сорок пятым годом. В газетах, я для себя ничего не нашла, но зато там было много статей про ВОВ и про блокаду Ленинграда. Под газетами лежал журнал "Смена" несколько номеров за тысяча девятьсот сорок седьмой год. Я пролистала два журнала и ничего не нашла. Я уже расстроилась, но в третьем журнале открыв третью страницу, меня заинтересовала статья: "Музейные экспонаты так и не найдены". Я стала читать статью:
"Вначале Великой отечественной войны, в тысяча девятьсот сорок первом году, еще до наступления блокады Ленинграда, часть экспонатов дворца-музея Александровский (Царское село) была увезена и спрятана далеко в глубинке Ленинградской области. Это была очень засекреченная тайная операция. Когда ВОВ закончилась, то началось восстановление Царского села и было решено вернуть все, что было спрятано назад. Но когда главная работники музея приехали за экспонатами, то обнаружилось, что они все бесследно исчезли.
После этого ужасающего случая, было проведено тщательное расследование. Под подозрение попали все, но виновных так и не нашли. Поиски экспонатов продолжились, а среди них были: иконы, не имеющие аналогов в мире, царский фарфор, украшения и несколько картин. По последним данным, есть подозрения, что все экспонаты могли украсть и вывезти за границу фашисты. Так в одном из расследований, стало известно, что Финскими оккупантами было вывезено из Карелии большое количество икон.
За время гитлеровской агрессии на территории Советского союза от рук оккупантов пострадало сто семьдесят три музея, из них было разграблено девяносто семь. Свыше тридцати провинциальных музеев, в основном районного масштаба, вообще были стерты с лица земли. Погибшие музеи в своих фондах хранили уникальные иконы, произведения живописи русских и зарубежных мастеров, ценные археологические коллекции, включая скифское золото, нумизматические собрания, экспонаты декоративно-прикладного искусства.
Музейные, библиотечные, архивные ценности были утрачены в результате боевых действий и варварского обращения оккупантов с культурными ценностями, а также тщательно организованного нацистского разграбления и вывоза их на территорию Германии.
Расследование идет до сих пор".
Я прочитала статью два раза. И я больше чем уверенна, что эта статья про нашу деревню. В статье нет названия деревни, а ведь у нее и до сих пор нет названия. Что очень странно, любой населенный пункт должен иметь название. Бабушка называла деревню «Деревенька», и я в детстве всегда думала, что это и есть название. Когда я выросла, не думала уже об этом.
Я стала вспоминать историю моей семьи, по рассказам мамы и бабушки.
Мои прабабушка и прадедушка жили здесь в этой деревне во время ВОВ, точнее жила одна прабабушка, прадед на фронте воевал. До начала войны они жили в Ленинграде. Бабушка рассказывала, что прадед увез прабабушку от войны в эту глухую деревню, и они тут и остались жить. После окончания войны, прадед вернулся домой. В тысяча девятьсот сорок восьмом году родилась моя бабушка, а через два года ее младшая сестра. Но бабушка говорила, что она умерла в возрасте восьми лет от какой-то болезни. В тысяча девятьсот семьдесят восьмом году родилась моя мама. Потом она поступила в Питерский университет, там познакомилась с моим папой, когда они окончили университет, то уехали на его родину в Саратов. Там родилась я.