Поль не улыбнулся в ответ.
— Я работал на Гаити тринадцать месяцев подряд, — сказал Поль, — в организации «Врачи без границ». Хотя с тех пор прошло довольно много времени, я все еще прихожу в себя.
— Ой. После землетрясения?
Поль кивнул.
— Ох, черт. Но, — сказал Мието и допил свой кофе, — я должен быть уверен, что ты с этим справишься. Справишься?
— Никаких проблем.
Они кивнули друг другу.
— Хорошо. Тогда я приведу его. У меня к нему осталась всего лишь пара вопросов. И он будет рад, когда увидит это.
Мието выдвинул ящик письменного стола и достал коричневую записную книжку, портмоне Микаеля, немного конфет и локон в пробирке.
— Книгу принесли на стойку информации, ее нашли на нижней палубе. С рисунками и всем прочим. Жди здесь, скоро приведу сюда Микаеля.
Мието стоя прочел какие-то бумаги, бормоча себе под нос. Потом он вышел и закрыл за собой дверь, а Поль стал обводить взглядом хорошо убранную комнату.
Наконец его взгляд остановился на столе и записной книжке. Он немного посмотрел на старинный кожаный переплет и открыл книгу.
66
Почерк у Соландера был плотный и крупный. Толщина букв была разной, кое-где виднелись чернильные кляксы. Может быть, подумал Поль, он писал на «Индеворе» во время качки?
Ему удалось разобрать отдельные слова: Погода… Мистер Бэнкс… Капитан… Корпус. Но вскоре он отложил книгу и стал перебирать толстую пачку отдельных листов в конце.
Из пачки выпала фотография девочки, снятая в «Макдональдсе». У девочки голубые глаза, бледная кожа и совсем нет волос. Затем еще одно фото той же девочки, но уже с волосами. Весь рот перепачкан мясным соусом от спагетти. На фотографии она улыбалась, и Полю показалось, что ее глаза похожи на глаза Микаеля.
Поль стал листать дальше.
Маленький некролог из утренней газеты. Ребекка Маттсон, 2006 г. р.
Дата смерти не указана. Над именем — стилизованная белочка, которая спит, положив хвост под голову. Цитата:
Дорогая Белочка!
Можно я возьму у тебя хвост на несколько дней, чтобы защитить себя от тьмы?
За некрологом он нашел вспоротый конверт с множеством бумаг. Из конверта выскользнуло небольшое письмо из Управления соцзащиты.
Управление соцзащиты приняло решение отклонить Ваш запрос о пересмотре Вашего дела № 32145. Ваш запрос о пересмотре дела по заявлению о нарушении 2-го пункта 14-й ст. Закона о социальной службе поступил 3 ноября 2009 г. Согласно ранее принятому решению заявление не подлежит дальнейшему рассмотрению. Ниже вы найдете обоснование и информацию о том, как Вы можете обжаловать решение.
Обоснование
Управление соцзащиты считает, что изложение обстоятельств дела не предполагает его дальнейшего рассмотрения. Запрос о пересмотре отклоняется.
Обжалование
Решение не может быть обжаловано.
Поль стал немного быстрее рыться в кипе бумаг — о чем это может идти речь? — и тут он понял, что сидит спиной к двери.
В углу комнаты за дверью стояло маленькое кресло с ярко-зеленой обивкой. Он быстро перебрался туда, опустился в кресло и продолжил читать бумаги. «Если дверь внезапно откроется, — подумал он, — я в любом случае успею захлопнуть книгу».
Он увидел письмо, которое Микаель написал в Управление соцзащиты. Длинное письмо, которое он пробежал глазами.
Несколько врачей, которые лечили нашу дочь, отмечали, что ее кровь имела странный вид. Пробы отсылались, но потом все словно бы было нормально. Нас встречала стена молчания.
Он листал дальше — здесь были письма из полиции, прокуратуры и ответственных ведомств. Все содержали отказ. Самые первые письма были подписаны обоими родителями. Бывшую жену явно звали Юханна Маттсон. Более свежие письма были подписаны только Микаелем Маттсоном.
Поль листал все дальше и дальше и находил все больше писем, подписанных одним Микаелем.
«Похоже на войну одиночки, — подумал Поль, — значит, он классический борец за справедливость?»
Он читал прямые угрозы чиновникам, сомнения относительно протокола вскрытия, обжалования и пространные обвинения: «Моя дочь с большой вероятностью стала жертвой отравления — разве вы не понимаете?»
Он нашел протокол вскрытия и внимательно прочел его.