Но истица не расскажет вам следующее: что Эрих Баум, лишенный своей страховой компании после объявления его евреем, нуждался в деньгах, чтобы содержать семью. Что Эрих Баум переправил картину «Куколка» в Ниццу не родственнице, а своему агенту Генриху Рохлицу, с тем чтобы тот продал картину. Что в период тридцатых годов Эрих Баум переслал почти двадцать картин Рохлицу как своему агенту по продажам и что в начале сороковых, именно в тот период, когда в Ниццу была переправлена «Куколка», он отослал еще четыре картины Рохлицу на продажу. Что Франция гораздо больше пострадала от войны, чем Голландия, и буквально кишела нацистами, что делает ее нелогичным выбором для безопасного хранения ценностей. Что Рохлиц по заведенному порядку продавал картины Бётткеру, в частности, именно в этот временной период. Что не существует никаких записей о сделке ни в картотеке Рохлица, ни в картотеке Бётткера, потому что война уничтожила обе эти компании. Что Бётткер имел незапятнанную репутацию и никогда не торговал награбленными предметами искусства. Что на самом деле правительства союзных государств отметили Бётткера за его помощь французскому Сопротивлению. И наконец, что не существует никаких записей о «Куколке» в нацистских архивах — а ведь нацисты с фанатичной скрупулезностью вели реестры военных трофеев. Если бы нацисты в самом деле конфисковали «Куколку», как утверждает истица, мы бы нашли упоминание об этой картине в их записях. К тому же истица не предоставила нам ни одного доказательства того, что «Куколка» хранилась у так называемой родственницы в Ницце. Все это доказывает, что Эрих Баум наделил полномочиями Рохлица продать картину «Куколка» Бётткеру. А затем, в свою очередь, Бётткер законно продал полотно аукционному дому «Бизли». В результате правовой титул «Бизли», как и теперешнего владельца картины, не вызывает сомнения.
Мара сопроводила свою речь наглядными доказательствами: увеличенными копиями купчих, демонстрирующих, что Эрих Баум много раз за указанный период продавал картины через Рохлица; объемными военными рапортами, в которых Бётткер характеризуется как «ценный» человек для сил союзников на время их кампании; видеозапись дачи показаний Хильды в том месте, где она подробно описывает, в какой затруднительной финансовой ситуации оказалась ее семья.
Но, ваша честь, даже если я совершенно не права, и нацисты в самом деле украли «Куколку» в Ницце у семейства Баум, то имеется ряд судебных решений, в основе которых лежит прецедент «Декларка», а он гласит, что истец должен предпринять поиски украденной собственности, чтобы вернуть ее по виндикационному иску.
Мара подробно остановилась на судебном решении дела «Декларк» и аналогичных ему дел. Она осветила причины, почему предпочтительнее руководствоваться прецедентом «Декларк», а не его прямой противоположностью, делом «Скейф»: если суд последует линии «Скейф», вместо «Декларк», то Нью-Йорк окажется под грузом давнишних виндикационных исков, что в принципе пагубно скажется на всей коммерческой деятельности города, связанной с предметами искусства.
— Ваша честь, я приглашаю вас проложить новый путь к решению подобных проблем с учетом упомянутых дел. Это в вашей власти. Следуя прецеденту «Декларк», если истец не занимался поисками украденного произведения искусства, то он или она лишается своего права требовать его обратно. Исследования показали, что Хильда Баум не искала картину «Куколка».
Исследование также установило, что начиная с пятидесятых годов это полотно публично выставляется в Соединенных Штатах на выставках и в музеях. — Мара указала на экран, на котором демонстрировалась целая серия выставочных и музейных каталогов с цветными фотографиями картины. — Исследование доказало, что в этот же период упоминание о полотне «Куколка» встречается в многочисленных британских и американских публикациях по искусству. — На экране появилась панорама научных литературных трудов со сносками на картину. — Если бы Хильда Баум искала «Куколку», то наверняка бы ее нашла.