— Моя история настолько скучна? — ледяным тоном поинтересовался изменчивый.
— Нет, конечно! — поспешила опровергнуть я, замахав руками, ненадолго прогоняя сонливость.
Да'Айрэн лишь хмыкнул, выражая свое отношение к моей браваде, но едва я придумала оправдания и собиралась их произнести, он остановил:
— Не утруждайтесь! Все равно я собирался заканчивать свое невеселое повествование, потому что не приемлю долгие разговоры и ненужные жалобы!
— Пока что вы только хвастались своими подвигами, — вскользь заметила я, вызывая у спутника усмешку.
— Это приятные воспоминания, которые доставляют мне немалое удовольствие!
— Значит, о ведьме я больше не услышу?
— Слушать особенно нечего, ведунья! Моя жена меня предала, околдовала и, если бы мой отец вовремя не явился в наш дом, то супруга продала бы мое безвольное тело тому, кто больше заплатит!
— Не верю! — эмоционально заявила я. — Чтобы ведьма торговала тем, за кого вышла замуж!? Ерунда!
— Полагаете, она решила оставить меня себе?
— Если вы разрушили ее дом, стали причиной гибели ее родных и близких, то да — думаю, ваша супруга предпочла бы любоваться вашим безвольным телом, испытывая удовлетворение от того, что сотворила!
— Хм… вам виднее…
— Значит, я права? Вы…
— А как иначе? Вы видели войну, за время которой не было пролито ни единой капли крови? — раскаяние было чуждо Да'Айрэну.
— Ладно, оставим споры! Лучше скажите, проиграв одной-единственной ведьме, вы решили, что научились разбираться в характерах других? — мне стало обидно, потому высказалась.
— Мы с ней проиграли оба! Потому что она сделала несчастными нас обоих!
— Вы сами себе противоречите, — кажется, я начала понимать, отчего подземцы столь невысокого мнения об этой расе. Одновременно поймала не совсем порядочную мысль: «Хорошо, что он остался только один! Иначе все другие расы сошли бы с ума с этими изменчивыми!» Прикусила язык и покосилась на собеседника, на миг испугавшись, что он сумеет прочесть мои мысли.
— Идите-ка вы лучше спать, ведунья, не тревожьте прошлое, которое я хотел бы похоронить! — отвернулся, давая знать, что не желает более общаться со мной.
Но разве могла ведьма уйти так просто, не выяснив все до самого конца? Разумеется, нет!
— Напоследок спрошу еще об одном — ваша ведьма вас любила? — поднялась на ноги и посмотрела на Да'Айрэна сверху вниз.
Он безмолвствовал так долго, что я решила, будто отвечать мне изменчивый не собирается. Но едва смирилась с его отказом и приняла решение идти спать, Да'Айрэн очень тихо признался:
— Думаю, да…
— Тогда почему она предала вас? — вырвалось у меня, хотя разум уже подсказывал верный ответ.
— Все дело в вашем желании сохранять свою независимость… от всего… от обстоятельств, от богов и от других людей, в том числе, от… самого любимого…
— Вы хотите сказать, что ваша ведьма прокляла вас потому, что увидела угрозу своей свободе в собственном супруге?
— Именно так… — Да'Айрэн поднялся и ушел в ночь, взмахом руки останавливая мой порыв последовать за ним, и от нечего делать, я пошла спать.
Правда, несмотря на огромное желание уснуть, не смогла сразу погрузиться в мир сновидений, потому что в голову упорно лезли бесконечные думы. В основном все они сводились к одному — как мне быть с Грэйном? Упрямая ведьмина суть никак не хотела признавать, что я влюбилась в этого огневика, как самая настоящая глупая магичка! Память «любезно» напомнила о Дамаре, и захотелось избавиться от соперницы. Отругала саму себя: «Еще не хватало страдать из-за вредного мага!», а сомнение, прочно укоренившееся внутри меня, тут же подсказало: «Еще неизвестно — нравишься ли ты Люту! Что-то не слишком часто он выражал свои чувства!» Нахмурила брови, сонливость, как рукой сняло: «Тогда что значили все его нескромные поцелуи? Неужели играл?» Мысленно застонала и решила обдумать сложившуюся ситуацию после завершения нашего похода — вдруг все разрешится? А пока перевернулась на другой бок и прикрыла веки, чтобы хотя бы попытаться выспаться.
На следующее утро пошел дождь. С юга, весьма неожиданно надвинулись громадные черные тучи, нависли над лесом, закрывая свет дня, изливая потоки бешеного дождя. Вызывая у всех идущих поток брани, нескончаемые вопросы, обсуждения и нерадостные думы.
— Я думал мы в Студеном, а не в Солнечном! — высказался Грэйн подбегая ко мне и подсаживаясь под низкоопушенные еловые ветви, чтобы скрыться от водяных струй.