Спрятав руки в карманы брюк, Брэндон с довольным видом спускался по ступеням. Мысли его витали в далёких далях, где в мечтах он уже расправился с непомерными долгами. Жаль, что титул барона ему не светил, но, как муж Хелен, он мог бы распоряжаться состоянием наследницы после кончины её бабушки.
Дорога до департамента заняла минут сорок. Не удалось поймать экипаж и, сетуя на своё низкое положение в обществе, Муру пришлось идти пешком, но радужные мысли о будущем не омрачились прогулкой. В конце концов, он размышлял над тем, что скоро ему вовсе не придётся ходить пешком. Утренний разговор с Хелен оставил Брэндона довольным. Надо немного подождать, и жизнь кардинально изменится.
С лёгкостью вбежав по широким ступеням и войдя в парадные двери трёхэтажного здания Департамента полиции, Брэндон прямиком направился в приёмную начальника, Муаммара Яхьи. Через пару минут детектив сидел в кабинете высокого египтянина в тёмно-синей форме сотрудника правопорядка.
— Кажется, въи в приподнятом настроенье, мистьер Мур, — и без того широкий рот Муаммара стал ещё шире от улыбки.
Он говорил по-английски с небольшим египетским акцентом. Порой понимать его было непросто, но Брэндон легко угадывал слова. Видно было, что перед ним образованный человек, а не какая-нибудь деревенщина. Отношение с почтительностью от представителя власти лелеяло тщеславие. Вот что делало имя члена Парламента Великобритании, хотя, на самом деле, Мур являлся седьмой водой на киселе. Единственное, что у него было в подтверждение слов, — это печатка с фамильным гербом. Откуда она у него, Брэндон никому не рассказывал да и не собирался, оправдываясь родовой тайной. По крайней мере, это работало.
— Да, сегодня хороший день для хороших вестей, — снял он шляпу, отложив её на стол. — Надеюсь, он будет ещё лучше. Вашим людям удалось обнаружить Холла?
— Увы, ньет, — поджал губы египтянин. — Но мы прочъёсываем окрестности. Вблизи древни много скал и пещьер. Наверняка, в ближьяйшие дни надём.
— Что ж, буду надеяться на лучший исход, — кивнул Мур, понимая, что не каждый час бывать празднику. — Я бы хотел переговорить с одним из людей Холла, Рупертом Шмидтом. Он сейчас сидит за решёткой в изоляторе временного пребывания и ожидает вынесения приговора. Помните?
Чем дольше слушал начальник Департамента, тем сильнее делался сконфуженным и слегка растерянным. Мур недоумённо воззрился на собеседника. Тот принялся наводить суету и перекладывать бумаги из папки на столе в ящик, словно желая занять чем-то руки, лишь бы не отвечать на вопрос. Господин Яхья молчаливо откашлялся, не решаясь заговорить первым.
— Что-то случилось? — настороженно полюбопытствовал Брэндон, сцепляя руки в замок на столе и поддаваясь чуть вперёд.
— Дъело в том, что ранним утром их выпъюстили… — после секундной паузы заговорил Муаммар.
Сказать, что Мур опешил — значило ничего не сказать. Новость буквально огорошила его. Некоторое время пытаясь осознать сказанное, он сидел с каменным лицом, после чего ухмыльнулся, не поверив в услышанное.
— Это шутка?
— Ньет, увы, нам пришлось их выпъюстить, — продолжил оправдываться египтянин, но наткнулся на давящий взгляд карих глаз.
— Что значит — нам пришлось? — тихо, но с нажимом полюбопытствовал детектив. — Вы хоть понимаете, что за люди были те арестанты? Их ждала казнь, не меньше. Пожизненное заключение или вовсе каторга. Это опасные для общества типы! Вы с ума посходили тут? — в конце концов, он не выдержал и сорвался на крик, вскакивая с места. — Бездари! Да как вы могли выпустить их без соответствующего распоряжения?! Я знал, что на вас нельзя положиться, но чтобы так явно сглупить?!
— Но-но, — строго прервал гневную тираду начальник Департамента, следом поднимаясь со стула. Он всё ещё имел некоторую власть, несмотря на то, что в Египте всем давно заправляла Англия. — Умъерь пыл. С кем ти говришь, щенок? Здесь не твоя юрисдикция, и вообще, кто ты такой, чтоъёбы качать права? Я помёгал лишь потому, что ты прикрывался имъенем барона Уиллоуби дъе Брока. — Египтянин смягчился, вкрадчиво добавив: — К тъёму же, пъеред нами открылись новые перспектывы и потому было дано соответствующье распоражъение от нашъего руководства. Вас это не касьяется.