Девушка не могла привыкнуть, что её всюду сопровождали. Даже несмотря на то, что она пребывала в чужой стране и не знала национального языка, ей всё равно было бы проще, будь она чуть более самостоятельной. Она считала, что усиленные меры предосторожности — это чересчур. Если до сих пор люди Джорджа Холла не объявились, скорее всего, о них можно и забыть. Во всяком случае, так самонадеянно думала Хелен. А о Винсенте она не беспокоилась. Это другие переживали на его счёт, не зная, что леди в тайне общалась с американцем.
В парадном холле гостиницы её и немцев встретил детектив. Глянув на огромные настенные часы, Хелен удивилась, что в столь ранний час Брэндон уже откуда-то возвращался. Он выглядел обеспокоенным и напряжённым. Завидев троицу, мужчина попросил разрешения переговорить с мисс Конрой с глазу на глаз. Герр Нойманн заметно нервничал, но кивнул. Фрау Штруберт с интересом поправляла шляпку, проводя взглядом парочку, отходящую к дальней стене.
— Значит, вы на аудиенцию во дворец? — без разрешения, но нежно взял за ладони Хелен мистер Мур. Он сделал шаг назад, оглядев её с ног до головы, и его глаза засияли: — Вы совершенны, Хелен. Впрочем, как всегда…
Не отрывая взгляда от лица детектива, Хелен снисходительно улыбнулась.
— Благодарю, — дежурно ответила она, надеясь поскорее отделаться от самолично навязавшегося жениха. — Вы что-то хотели мне сообщить?
— Да, — он растерянно кивнул. — После нашего вчерашнего разговора я до сих пор не могу найти себе места. Когда мы сможем обсудить все детали предстоящего торжества?
— Зачем так торопиться, мистер Мур? — удивлённо вскинула брови леди, аккуратно освобождаясь из мужской цепкой хватки. — У нас ещё уйма времени. Не лучше ли для начала узнать о друг друге побольше?
— Время быстротечно, — патетично ответил Брэндон, — оно, как вода, что просачивается сквозь пальцы. Время летит быстро. Моргнёшь и не заметишь, как пролетит вся жизнь.
Взгляд карих глаз пылал нежностью, и Хелен стало от этого не по себе. Выражение лица детектива выдавало его взволнованность. Как только он отпустил её ладони, руки мужчины упали, будто он разом потерял надежду.
— Оказывается, вы лирик в душе, — стараясь не смотреть в глаза Брэндону, проговорила Хелен.
— Рядом с вами мой рассудок перестает слушаться, я могу говорить лишь сердцем, — он попытался заглянуть в лицо леди, но она старательно отводила взгляд.
— Вы помните обещание, данное мне вчера? — неожиданно прямо спросила мисс Конрой, которой надоели праздные речи.
Мур замялся, но кивнул:
— Об этом я как раз намеревался сообщить. Постараюсь вскоре устроить вам встречу.
— Не могли бы вы поскорее? — надавила на конец фразы Хелен, глянув на часы.
— Вы все равно ещё не получили разрешения на раскопки, — непонимающе пожал плечами детектив. — Куда спешить?
Он не понимал, что никакие раскопки ей не были нужны. Едва они достигнут Каира под предлогом экспедиции, она покинет немцев. Тобиас обещал, что доставит её в нужное место. Даже если не он, то Хелен найдёт кого-нибудь другого. Она успела продумать, что будет делать в столице Египта. Для начала следовало найти людей, которые работали на отца. Дочь знала, что он снимал в аренду квартиру где-то в центре. Стоило наведаться туда, чтобы посмотреть записи Эдварда Конроя. Но, быть может, там уже побывали люди Джорджа, и всё в доме перевёрнуто вверх дном. Хелен надеялась, что хоть что-то уцелело.
— Мистер Мур, мне пора, — попыталась она отделаться от Брэндона.
— Хелен, быть может, нам стоит сообщить вашим друзьям о помолвке? — он не отпускал и продолжал настаивать. — Тяжело переносить недосказанность между нами. Я бы хотел открыто держать свою невесту за руку.
— Давайте после того, как найдём моего отца, мы всё решим, — тронула мужчину за плечо Хелен. — Пока я не могу думать ни о чём другом. Поймите меня правильно. К тому же, мне правда пора, мы опаздываем на аудиенцию.
— Хорошо, но возвращайтесь скорее, — махнул ей вслед Брэндон.
Напоследок Хелен обернулась через плечо, посмотрев на мужчину, стоящего под часами. Руки спрятаны в карманы брюк. Мышцы на лице напряжённые. Глаза сердито горят, губы поджаты. Он остался недоволен.