— Фройляйн, спасибо за вашу заботу, — кивнул Руперт.
Со дня их последней встречи он заметно исхудал. Лицо совсем заросло густой бородой и тёмной щетиной. Каждый день во время их путешествия он аккуратно подстригал усы и гладко брился, но подобной роскоши в тюрьме не было. Да и кормили там, похоже, совсем плохо.
— Почему вы не пришли в отель? — наивно поинтересовалась она, когда герр Шмидт, с подозрением оглядевшись, взял её за плечо и завёл в низкую дверь кальянной.
На входе никто не встретил. Внутри было сумрачно, хотя изредка горели лампады, висевшие на тонких цепях по стенам. Из глубины коридора доносились голоса и смех. Сильно пахло дымом, табаком и пряными специями. Оказавшись в фойе, Хелен закашлялась от щекотавших нос запахов и попыталась прикрыться платком Лейлы.
Руперт подтолкнул девушку в ближайшую комнатушку и задёрнул за собой плотную штору, заменившую собой дверь. Первым, на что уставились удивлённые глаза Хелен, был маленький пухлощёкий араб Абдулхаким. Увидев леди, он моментального вскочил с низкого стоявшего у стены дивана, обитого красной тканью. Обогнув разместившийся в центре комнатки низкий круглый кофейный столик в марокканском стиле, по дереву которого шла красивая ручная роспись глазурью, Хелен подошла ближе к арабу, с радостью взирая на него. Вид мужчины тоже оставлял желать лучшего, но он хотя бы выглядел здоровее Руперта.
— Абдулхаким! — обрадовалась девушка, кинувшись обнимать араба.
— Миз, я рад вас снова видеть, — чуть не расплакался мужчина, обнимая в ответ.
Трогательная сцена длилась пару минут. Хелен всегда был приятен Абдулхаким. По пути из Берлина до Александрии они не раз болтали на самые разнообразные темы. Обычно говорил мужчина, рассказывая о своих жёнах и многочисленных отпрысках.
— Почему всё так таинственно? — присела Хелен на низкий диван, снизу-вверх глядя на мистера Шмидта. — Вы же теперь свободны…
Переглянувшись, мужчины опустились рядом. Взгляд Хелен прошёлся по столику, на котором стоял медный поднос с кальяном и четыре демитассе с высоким пузатым чайником, из длинного изогнутого носика которого клубился пар. Окна за диванами вместо штор или тюля покрывала ручная резьба. Сквозь тонкий деревянный узор едва проглядывалась улица. Там даже не было стекла. Весь дым от кальяна выветривался из комнаты наружу. Под потолком висели на тонких длинных шнурах лампады. Внутри них мерцали массивные свечи — единственный источник света в комнате. Для красоты в углу водрузили пузатые вазы с комнатными пальмами. Хелен припомнила, что Марта называла их драценами. В Лондоне похожих растений не было, а здесь, в Александрии, они стояли повсюду.
— Свободны? Вы, должно быть, что-то путаете… — озадаченно уставился Руперт, и его чёрные усы словно негодующе вздёрнулись.
— Но как же, — Хелен развела руки в стороны, — я вчера просила детектива Мура выпустить вас и господина Абдулхакима из тюрьмы, а также устроить нам встречу…
— Это не Мур вытащил нас из-за решётки, а Винс, — возмущённо изрёк немец. — Благодаря ему мы на свободе. Но никто не должен знать, что мы с вами виделись, фройляйн.
— Почему? — взгляд девушки метался от одного человека к другому.
Они переглянулись, не решаясь сказать правду. Пожевав губу, Шмидт пояснил, опустив взор на свои широкие, мозолистые ладони:
— Нас выпустили не совсем законным путём. Кое-кто подкупил начальника полиции. Поэтому сейчас мы сидим перед вами.
Всё встало на свои места. Теперь было ясно, отчего Мур спешил с помолвкой и почему был так взволнован сегодняшним утром. Он уже тогда знал, что арестанты сбежали, и ничего не сказал ей, по-прежнему обещая встречу с мистером Шмидтом. Брэндон обманывал её.
— Тогда зачем вы искали встречи со мной? — взгляд упёрся в лица мужчин. — Это же опасно, учитывая, в каком вы сейчас положении. Детектив Мур, наверняка, разыскивает вас.
— Мы узнали, что совсем скоро вы покинете Александрию, — прищурился Руперт.
Она почти не удивилась. Вокруг неё одни интриганы и шпионы. Это начинало утомлять.
— Да, вместе с остальными я уезжаю в Каир, — кивнула Хелен, чуть поджав губы, — на поезде принца Аббаса Хельми. Через день.
— Я бы хотел попросить вас об услуге, — Руперт оглянулся на молчаливого араба, а потом снова обратил свой взор на англичанку. — Возьмите с собой Абдулхакима. Станьте его гарантом к свободе. Когда вы найдёте своего отца, поможете Абдулу вернуться к его семье. Без вас он обречён.