Наконец, они свернули на широкую улицу с пальмами, и впереди показался дом губернатора. Здание было двухэтажное с арочными окнами, балконом с резной оградой и перламутровой входной дверью. Белая штукатурка мерцала золотом в лучах полуденного солнца. По углам крыши сидели каменные львы, облупленные и мрачные, как хранители чего-то древнего. Перед лестницей плескался скромный фонтан, а во дворе росли финиковые деревья. Возле входа стояли охранники в мундирах и фесках с винтовками через плечо. Один из них шагнул вперёд и отдал честь.
Хелен ощутила, как испарина выступила у висков, и, прежде чем слуга распахнул перед ней двери, мельком взглянула назад на улицы, на реку за горизонтом, на этот город, который казался ей одновременно пустынным и живым, сонным и настороженным. Эль-Минья словно ждала чего-то, и Хелен это чувствовала всей кожей, хотя пока не могла назвать, чего именно.
Слуга проводил иностранцев в главную залу. Помещение было просторным, но не вычурным. Над головой возвышался сводчатый потолок. Стены из светлого камня дарили ощущение прохлады особенно после душной улицы. Из высоких окон сквозило вечерним светом и ароматом жасмина.
На фоне этого спокойствия появился сам хозяин дома, губернатор Ганим Саад. Это был низенький человек, несколько упитанный, но шустрый и вежливый. Он вышел к ним в простой, но элегантной одежде египетского чиновника. Его пухлое лицо украшала аккуратная бородка и тёплый взгляд человека, знающего цену словам. Он шагнул к гостям с лёгкой улыбкой, сложив руки на груди в знак приветствия.
— Добро пожаловать в Эль-Минью, господа, — произнёс он по-английски, с лёгким акцентом, который лишь подчёркивал его музыкальную речь. — Край, где песок хранит больше тайн, чем сияет звёзд на небе.
Обведя присутствующих внимательным взглядом, он остановил глаза на Хелен и поклонился ей чуть глубже, чем остальным.
— Мисс Конрой… о вас мне уже сообщили. Ваш отец пользовался здесь уважением, и хотя его дела всё ещё окутаны туманом, надеюсь, вы не почувствуете себя одинокой в поисках правды.
— Благодарю, — ответила ему с тем же поклоном девушка.
Губернатор тем временем посмотрел на остальных:
— Профессор Нойманн, фрау Марта… мистер Мур. Я рад видеть, что столь разные народы сегодня объединены в стремлении к истине. Это редкость. И, поверьте, я постараюсь помочь, чем смогу. — Затем, с мягким жестом, он пригласил их дальше: — Дом открыт для вас. Сегодня, надеюсь, вы позволите себе отдохнуть от долгой дороги. Мы приготовили лёгкий ужин. Здесь предпочитают есть после захода солнца, когда жара отступает. А рано утром, как только прохлада ещё будет держаться над полями, мы отправим вас к руинам Ахетатона. — Он задержал взгляд на Хелен: — Путь не самый лёгкий. Земля там дышит памятью.
Он приказал слуге провести гостей в их комнаты, и Хелен вместе с остальными последовала вглубь дома. Абдулхакима она попросила поселить неподалёку от себя, поскольку в сложившейся ситуации доверяла ему больше, чем кому-либо из остальных. К тому же, он был единственным связующим звеном с Винсентом, о котором девушка до сих пор ничего не знала.
В комнате она с беспокойством села на кровать, предвкушая поездку к руинам древнего города. Уже близко. Она была совсем близко. Казалось, руку протянуть, и она окажется там, где ещё недавно видели профессора Конроя. Эта мысль одновременно и радовала, и сводила с ума.
--------
[1] Урей — принадлежность царского убора фараонов, представлявшая собой крепившееся на лбу вертикальное, весьма стилизованное изображение богини-кобры Уаджит — покровительницы Нижнего Египта.
Глава 26. Тёмные воды Нила
После ужина губернатор Эль-Миньи пригласил мисс Конрой в гостиную. Солнце давно село за горизонт, и комната была залита мягким светом масляной лампы, стоявшей на резном столике в арабском стиле. За окнами лениво шелестели пальмы. Воздух пропитался сандалом и дымом костра с улицы.
Хелен сидела на краю дивана, наклонившись чуть вперёд. Перед ней на журнальном столике лежала тонкая папка, перевязанная красной лентой, с гербом хедива на обложке. Напротив, в кресле с высокой спинкой, расположился губернатор. У книжного шкафа стоял Брэндон, задумчиво водя пальцем по корешкам. Его пригласили в качестве детектива.