Оглядываясь по сторонам и быстро оценивая ситуацию, Холл аккуратно достал с ближайшей к себе полки бутылку дорогого игристого вина, а второй рукой вытащил из-за спины кожаный кнут и медленно двинулся к троице. Только он оказался в опасной близости от щуплого, как на голову бандита со всего размаху опустилась бутылка. От удара та рассыпалась на осколки, а благородный напиток окатил бедолагу с ног до головы. Негодяй в беспамятстве мешком осел на пол, потянув за собой стойку с продуктами. Посыпались мешки и коробки, бутылки разбивались, разливалось дорогое вино. Хелен пронзительно закричала, отскакивая как можно дальше. Ирландец успел развернуться, намереваясь кинуться на американца, однако одним ловким движением Винсент с помощью кнута выхватил нож из лап Хьюза.
Недолго размышляя, из-за пояса рыжий вытащил пистолет и выстрелил в Холла, но тот успел отскочить. Увернувшись, он сразу же кинулся на противника, вжимая того в стену. Между ними завязалась драка. На пол продолжал развиваться алкоголь, отчего мужчины скользили и падали. Хьюз пару раз ударил Винсента по ребрам и в живот, но решающий удар нанёс всё-таки Холл, когда его кулак встретился с челюстью громилы. После этого ирландец уже не встал. Вскоре подоспела и охрана поезда, когда Винсент уже благополучно повязал парней. Щуплый пребывал без сознания, из его разбитой головы струйкой текла кровь. Хьюз, очнувшись, изрыгал проклятия на ирландском.
— Тебе желаю того же, — сплюнул Холл, держась за ушибленный бок.
К нему подбежал врач, чудесным образом оказавшийся пассажиром Восточного экспресса, но Винсент отмахнулся от его услуг, попросив оглядеть «жену». Что ему синяки и царапины? Всё это время мисс Конрой судорожно сжимала сумочку, пребывая в глубоком шоке. За последние несколько дней ей сильно досталось. Охрана намеревались допросить её, но Винсент поспешил оградить леди от расспросов. Было решено посадить преступников в подсобку, пока поезд не прибудет в Мюнхен, где они должны были предстать перед стражами правопорядка. Остаток поездки англичанка и американец провели в своем купе, практически не выходя.
— Теперь вы в безопасности, — тяжело произнес Винсент, закрывая за ними дверь. — В Мюнхене их передадут в руки закона, а там отправят в Лондон, в тюрьму. Скорее всего, мы ещё долго о них не услышим.
— Спасибо, что подоспели вовремя, — растерянно проговорила мисс Конрой. — Ситуация оказалась сложнее, чем я предполагала. Я постараюсь увеличить оплату вашего труда. Правда, сделать это смогу лишь после успешного завершение путешествия.
Мужчина прислонился к двери, смотря на сидящую на кровати Хелен. Сейчас вопрос оплаты его интересовал меньше всего. Ему давно не терпелось сказать кое-что, и вот, наконец, нашелся предлог:
— Вы ведь что-то скрываете. Я понимаю, что это касается только вас, но мне было бы проще, если бы я знал, что нас ждёт. Хотя бы скажите, зачем мы едем в Берлин?
— Да, это не секрет, — пожала плечами барышня, — имя того, к кому мы едем в Берлин — профессор Нойманн. Он старый друг моего отца, и у него… — тут Хелен осеклась, — у него есть то, что мне нужно. Думаю, он будет мне рад.
Больше Винсент не расспрашивал. Дело и так приобрело скверный поворот. Понятия не имея, во что ввязалась эта дамочка, он всё же решил не бросать её. Пока что. Она всё равно не стала бы рассказывать про ту загадочную карту, которую головорезы каждый раз пытались у неё отнять. К тому же Холлу уже самому стало любопытно, что она скрывала. Винсент прекрасно знал Хьюза, тот бы не стал тратить время на дело, которое не стоит свеч.
***
С пересадкой они добрались до Берлина, поскольку Восточный экспресс туда не шёл. Однако когда они оказались у дверей дома профессора, убедиться в том, что он будет рад видеть дочь своего друга, ни Винсенту, ни Хелен не пришлось. Около десяти минут они проторчали у резной двери из благородного массива кедра, безуспешно пытаясь дозвониться до хозяев. Никакого ответа не последовало.
— Должно быть, его нет дома, — рассеянно пробормотал мисс Конрой. — Придется зайти позже.