Стоило ли говорить, что Хелен осталась недовольна разговором? Она рассчитывала обсудить с мистером Холлом некие вопросы касательно предстоящего плана действий. В конце концов, подобная экспедиция для неё в новинку. Можно было бы отвлечь профессора или Марту, но девушка решила, что для них сейчас важнее расшифровать текст и полученные данные. По сравнению с этим её интерес не столь важен. Да и просто хотелось живого общения. Ещё сны, вездесущие сны, которые сейчас казались ей совершенно лишними и даже мешающими.
Закусив губу, Хелен сжала ладони. Может быть, отец был прав, потребовав от неё не ввязываться в это дело и передать карту профессору Нойманну? Теперь девушка чувствовала себя не у дел и даже лишней в команде. С этими мыслями она отправилась обратно в каюту, откуда не выходила весь остаток дня, предпочитая обедать и ужинать у себя. Марта предложила поговорить, но настроения на разговор у Хелен не нашлось, и она вежливо отказала пожилой женщине, сославшись на мигрень.
Вышагивая по своей каюте туда-сюда, мисс Конрой негодовала, злилась на себя, на мистера Холла, на сложившиеся обстоятельства. Тётушка Полли и бабушка никогда бы не подумали, что Хелен может быть настолько страстной и эмоциональной. Её окружение привыкло видеть в ней сдержанную, принципиальную молодую особу, которая не даёт волю чувствам и всегда контролирует их.
Но не сейчас и не сегодня.
Появись на пороге спальни чёртов янки, леди с удовольствием зашвырнула бы в него книгу или вазу. Мисс Конрой не понимала, отчего американец столь слеп к её чувствам.
После ужина к ней вновь заглянула фрау Штруберт. Осторожно постучав в дверь и дождавшись, когда Хелен отзовётся, женщина вошла внутрь. Леди сидела за секретером и писала письмо. Она совсем забыла, что убегая из дома, не предупредила тётушку, куда, собственно, отправляется. Кто знает, нашла ли она послание, которое Хелен так и не успела оставить у двери тёти? После всех приключений, что с ней произошли, у девушки напрочь вылетело из головы, что тётушка Полли и бабушка будут волноваться. Наверняка баронесса Батлер подняла на ноги весь Скотланд-Ярд, лишь бы разыскать внучку. А ведь прошла целая неделя! Хелен чувствовала себя неблагодарной внучкой и племянницей, учитывая, как много эти женщины для неё сделали.
— Почему вы совсем не выходите из комнаты? — ласково поинтересовалась немка. — Что-то произошло?
Хелен была благодарна пожилой даме, но конкретно сейчас ей не хотелось говорить о своих переживаниях и о мистере Холле, поэтому она решила сослаться на недомогание.
— Женские боли, — состроив гримасу страдания, мисс Конрой повернулась к вошедшей женщине. — Порой терпеть их просто невыносимо.
— Ох, бедняжка, — несколько сконфузилась фрау Штруберт, однако тут же приободрилась. — Ну, я надеюсь, моя новость хотя бы немного, но облегчит ваше состояние.
Заинтересовавшись, Хелен отложила перо и на стуле повернулась к присевшей на софу Марте. В руках та держала золотую книгу и листы бумаги с расшифровкой текста.
— Мне подумалось, что тебе было бы интересно узнать кое-что новое, — произнесла она.
— Конечно! — поспешила утвердительно кивнуть Хелен, которой было интересно всё, связанное с их экспедицией.
— Тогда как только закончишь свои дела, спускайся в гостиную. Мы будем тебя ждать.
С этими словами она вышла из комнаты, оставив Хелен дописывать письмо. Из-за желания поскорее узнать, что интересного нашла в ходе своих изысканий Марта, концовка письма получилась скомканной. Но девушка решила, что родные простят её за это. В конце концов, ей нужно отыскать отца, и сейчас его поиски важнее всего остального.
В гостиной ждали не только немцы, но и Винсент, который сидел в кресле, закинув ногу на ногу. В первую секунду девушка собиралась возмутиться. Мужчина недвусмысленно дал понять, что его не интересует всё, что связано с археологией. Но Хелен сдержалась, решив не обращать на него внимания. Она вообще пришла к мысли, что впредь будет с американцем держать дистанцию, будет предельно вежлива, сдержана и безэмоциональна. Как и прежде, с момента их первой встречи.