— Нет, я работаю один, — наивно ответил Брэндон, поворачиваясь обратно.
— Ясно, давайте поскорее вернёмся в отель, — раздражённо вздохнул янки.
О своих подозрениях он решил поведать уже непосредственно в гостинице. Переулок он покинул вместе с мисс Конрой, как и зашёл туда с ней вдвоём. Посовещавшись с Брэндоном, они решили, что детектив вернётся другим путём.
Солнце светило жарче, но местных жителей это нисколько не тревожило. Казалось, прохожих на улице стало не меньше, а даже больше. Ароматы свежих булочек, пиццы и кофе зазывали в кафе под открытым небом. Желудок англичанки предательски урчал, выдавая её голод, и девичьи щёки тут же окрасились в алый цвет. Винсент не смог сдержать улыбки. До гостиницы они добрались в кратчайший срок, стараясь нигде не задерживаться и не оглядываться по сторонам. После этого Хелен изволила отправиться в ресторан отеля.
В номере оставались госпожа Штруберт, которая закрылась в собственной комнате, Руперт, Тобиас да Абдулхаким. Остальные ушли по каким-то своим делам. Больше всего, конечно, Винсенту не понравилось отсутствие Ленца. Лучше бы Тобиас всегда держал его под прицелом, но швейцарец попытался успокоить американца, что Ленц отправился на поиски свободной любви.
— Похоже, Джордж следует за нами по пятам, — сообщил неприятную новость Холл, усаживаясь в кресло напротив Рупета.
Мужчина читал свежую прессу, но ради друга оторвался от чтения и посмотрел поверх газеты. Их многозначительные взгляды встретились. Руперт, как никто другой, понимал Винсента, всегда отзываясь о его старшем брате не самым лестным образом. Но не только он имел личное знакомство с Холлом-старшим. Тобиас, который проигрывал за карточным столом уже Абдулхакиму, встрепенулся и, позабыв об игре, хрипловато воскликнул:
— Когда ты звал нас в эту твою очередную авантюру, ты не говорил, что придётся с ним столкнуться! Во что ввязались твои новые наниматели? — он кивнул в сторону комнат немцев и англичанки. — Что такого они не поделили с Джорджем?
— Это разборки археологов из-за очередной находки, — соврал Винсент, покосившись на Шмидта.
Из всей команды он единственный знал всё, что было связано с мисс Конрой, её отцом и гробницей Эхнатона. Кое-что знал Баки, но лишь самую малость. Он и не спрашивал, полностью доверяя Винсенту. Тобиас продолжал сверлить недовольным взглядом Холла, когда Абдулхаким что-то с деловым видом рассчитал и, потирая бороду, положил на стол карты.
— Могу поспорить, это очередная куча песка, — задумчиво проговорил он, а потом глянул на швейцарца: — Ты проиграл.
Брюнет быстро обернулся, посмотрел на результат игры и с разочарованием бросил свои карты.
— Ненавижу песок… — сердито пробурчал Тобиас, вскакивая со стула.
— В таком случае, нужно было оставаться в Берлине, — заявила фрау Штруберт, не вовремя вышедшая из своей комнаты.
Злобно глянув на женщину, Тобиас кинулся к выходу. В одно мгновение его как ветром сдуло. За ним послышался лишь громкий хлопок двери. Возразить ей никто не успел, поскольку следом за ушедшим Тобиасом вошла леди Конрой. В её глазах застыл немой вопрос. Она удивлённо посмотрела на Холла, но тот отрицательно качнул головой. Вслед за ней в номер проследовал давешний знакомый. При видя его, Винсент помрачнел. Девушка выглядела слегка смущённой, но улыбалась. Да и улыбка на лице самого Брэндона казалась многообещающей. Ревность взыграла в сердце Холла. Резко встав с кресла, чем озадачил присутствующих, он откашлялся, сделав вид, будто так и задумано, и вышел на веранду. Стеклянную дверь мужчина не стал закрывать, поэтому всё, о чём говорили в гостиной, он прекрасно слышал.
— Фройляйн Хелен, изволите ли познакомить нас со своим спутником? — донеслись до него слова Марты.
— Конечно-конечно, — поспешила представить его девушка. — Этого господина зовут Брэндан Мур, он детектив из Лондона.
Достав из куртки пачку дешёвых сигарет, Винсент сразу же закурил. Резкий запах дыма заполнил лёгкие, во рту образовалась приятная горечь. Глянув на помятую пачку, мужчина облокотился о перила. Воспоминания накрыли его с головой. Сестра терпеть не могла этот дым. Каждый раз ругалась на него, что до добра эта пагубная привычка не доведёт. Винсент не притрагивался к единственной заветной пачке целый год и не понимал, почему ему потребовалось это именно сейчас.