— Эти сны пугают её. Она с чего-то решила, что они как-то связаны с амулетом, и я предложила его снять… — Женщина устало откинулась на подушку, приложив ладонь ко лбу. — Мне хотелось всего лишь провести небольшой эксперимент, но как только я надела эту вещь… — приоткрыв глаза, она испуганно покосилась на Винсента. — Не знаю, что я видела, герр Холл... То ли сон, то ли явь. Не хочу об этом вспоминать. Не могли бы вы оставить меня одну?
— Конечно, — кивнул американец.
У порога его всё же остановил голос немки:
— Надеюсь, это останется между нами, герр Холл.
— Всенепременно, — глухо отозвался мужчина, выходя прочь из каюты.
В общей гостиной он снова остался один. Тишина звенела в ушах. Винсент достал из кармана амулет, внимательнее разглядывая серебряную пластину. Что же было такого в видении фрау Штруберт? В любом случае, повторять её эксперимент он не собирался. Всё это, конечно, очень занимательно и необычно, но ситуация странная. Верить ли словам немки, Винсент не знал. В первую очередь, надо было вернуть артефакт в комнату мисс Конрой, пока та не хватилась его.
Дверь в её каюту была приоткрыта, поэтому Холл осторожно вошёл, положив старинную драгоценность на тумбочку рядом с кроватью. Лишь на долю секунды его взгляд задержался на оставленных вещах, после чего Винсент вышел прочь. Всю дорогу до палубы третьего класса, он размышлял над словами Нойманна. Негодование закипало, поднимаясь откуда-то снизу и выплёскиваясь наружу вместе с гневом. Его терзали мысли не только о том, что его и всю остальную команду кинули, но и то, что он, возможно, больше не увидит Хелен. Но, с другой стороны, разве нужен он ей? Девушка ясно дала понять, что более не считается с американцем, и между ними теперь нет и не будет доверительных отношений. Хотел ли Холл вернуть расположение леди? Воспаленный от злости мозг твердил: «Нет!», а пылающее сердце вторило: «Да…».
К тому моменту, когда он поравнялся с дверью своей каюты, противоречивые чувства так и бурлили в нём, отчего он ворвался в помещение, как ураган, чуть ли не срывая дверь с петель и со всей силы хлопая ею. Читавший полулёжа, Руперт вздрогнул, даже уронив книгу себе на грудь. Баки от неожиданности сразу схватился за пистолет, припрятанный под жидкой подушкой.
— Что тебе сказали? — спуская ноги на пол и откладывая книгу, задал вопрос Шмидт.
Холл не сразу ответил, шумно втягивая воздух в ноздри, трепещущие от бешенства. Сначала Хелен своей холодностью вывела его, потом профессор, а в конце немка. Голубые глаза, потемневшие от злости, воззрились на Руперта. Винсент не знал, как сказать друзьям неприятную весть.
— В наших услугах больше не нуждаются, — голос его звучал мрачно. — Мы приедем в порт и можем валить на все четыре стороны.
— Как так? — вскочил с места Баки. — Ради этого я все дела бросил!
— Все мы что-то бросили ради этого, — с сильным немецким акцентом заметил Руперт. Он говорил так всякий раз, когда переживал неприятные эмоции. — Что конкретно сказал профессор?
— Это всё из-за долбанного детектива, — выругался Холл. — Он знает, почему я сбежал из Англии, почему увязался за Хелен Конрой.
Баки и Руперт переглянулись. Конечно же, они знали все подробности происшествия в Лондоне. Почти никогда Винсент ничего не скрывал от них. Первым делом, когда они отправились в путешествие, он рассказал о банде Сиплого и об украденном бриллианте. В тот момент у Холла было два варианта выхода из ситуации: либо сдаться в руки полисменов, либо с боем пробивать себе свободу. Естественно, что он выбрал второй вариант. Гнить в казематах до конца своих дней Винсент не намеревался.
— Так решил профессор или англичанка? — уточнил Руперт.
— Не знаю, — плюхнувшись на его кровать, раздражённо повел плечом янки. — Я попробую поговорить с ней. Может быть, удастся разрулить этот вопрос по-другому.
— Представляю, что скажет Ленц, — тихо просвистел Баки, опёршись ладонью о стену рядом с иллюминатором и разглядывая ясное небо за стеклом.
На горизонте сквозь белые облака, окрашенные в багровый цвет, закатное солнце протягивало вдаль пылающие лучи. Левее от него сгущались чернеющие тучи. Пароход медленно, но верно приближался к буре.
— И не говори.
Через пару часов выпал шанс поговорить с Хелен. Поднявшись на главную палубу, Винсент, наконец, дождался момента, когда девушка осталась без сопровождения. Изящные тонкие ладони, облачённые в кружевные белоснежные митенки, держали кремового цвета ручку декоративного зонтика, раскрытого над головой. Отложив газету на пляжный столик и поднявшись с лежака, мужчина твёрдой походкой направился к леди, задумчиво смотрящей на горизонт, куда был направлен нос парохода. О чём она думала, одному богу известно. Наконец Винсент поравнялся с ней и вежливо оповестил о своём присутствии: