Фридрих отвернулся, злобно сопя, и стал всматриваться в окно, за которым простиралась лазурная водная гладь. Фрау Штруберт предпочла не отвечать на гневную тираду своего старинного друга, лишь поджала губы и поставила на столик чашку с блюдцем. Несомненно, она понимала, сколь сильно он расстроен. Утром, когда обнаружилась пропажа, Фридриху даже поплохело, и корабельному доктору пришлось бежать за нашатырём.
Демонстративно погладив нежный шёлк дорого наряда, Марта встретилась с сожалеющим взглядом Хелен. Последняя не знала, что и говорить. Ей хотелось поддержать фрау Штруберт, но слова застряли где-то на полпути. Дочь археолога сама до сих пор пребывала в ступоре от происходящего, особенно если учесть, какую тяжёлую ночь им пришлось пережить. Об этом даже вспоминать не хотелось.
Тем временем Марта совершенно спокойно обратила взор на детектива, вальяжно закинув ногу на ногу и деловито скрестив пальцы ладоней:
— Как скоро вы отыщите вора? Пароход вскоре прибудет в Александрию. Он может улизнуть вместе с артефактом, и тогда пиши пропало.
— Мало просто отыскать вора. В первую очередь, следует найти книгу! — раздражённо всплеснул руками Фридрих.
Глаза детектива метались от одной к другому. Мужчина в задумчивости почесал подбородок, тяжко вздохнув.
— Люди капитана тщательно обыщут палубу третьего класса, — изложил свои мысли мистер Мур. — Если они ничего не найдут, я лично допрошу всех пассажиров. Если понадобится, сам возьмусь за поиски.
— На это уйдёт уйма времени, — хмыкнула пожилая женщина. — Лучше начните сразу с Винсента Холла и его… коллег.
Волна негодования поднялась в Хелен. Встрепенувшись, она в упор взглянула на невозмутимо сидевшую Марту:
— Почему вы уверены, что это сделал кто-то из них?
На губах немки расплылась снисходительная улыбка. Все знали, что она с самого начала не доверяла Холлу, да и никому из его шестёрки. У фрау Штруберт были предубеждения на их счёт, и менять своё мнения она не намеревалась.
— Дорогая, скажи мне, кому, кроме вашего друга, — по-снобски произнесла она, — было известно про книгу Атона? Кто из них знал, что её следует искать в комнате Фридриха?
— Винсент предупреждал, — невинно напомнила Хелен. То, как она легко произнесла имя проводника по Египту, встревожило детектива, но девушка даже не обратила на это внимания. — Он говорил, что здесь могут быть шпионы его брата.
— Мы проверим все зацепки, — встрепенулся Брэндон и подбадривающе накрыл руку мисс Конрой своею ладонью.
Ничего не оставалось, кроме как улыбнуться и с благодарностью кивнуть молодому человеку. Мягкое выражение на его лице располагало. Да и тепло, что исходило от него, придавало девушке силу и уверенность.
Хелен верила, что бабушка не стала бы обращаться за помощью к первому встречному детективу. Баронесса Батлер была язвительной, прямолинейной, цепкой и упёртой. Ко всему она подходила с дотошностью. Например, подходящую кухарку выбирала из двадцати кандидаток по рекомендациям, а уж когда решила выдать Хелен замуж, то и дело приглашала на их совместные чаепития молодых джентльменов. Женщина всё ещё не оставляла надежд на то, что внучка бросит свои странности и остепенится. Под странностями она, конечно же, подразумевала учёбу в университете и прочие феминистские замашки. Только брак, как она говорила, может перевоспитать молодую леди, бунтующую против устоявшихся семейных ценностей. Так что, наверняка, она подошла к выбору сыщика со всей серьёзностью.
— Золотая книга Атона — настоящее сокровище. Если она попадёт не в те руки, это станет настоящей трагедией для египетской археологии, — раздался тихий старческий голос Фридриха. — Моих исследований недостаточно, чтобы раскрыть все тайны. Я думаю, ответы на некоторые вопросы получится узнать только в Египте.
— Мы обязательно её найдём, — попытался приободрить профессора мистер Мур.
— Хотелось бы в это верить, — отозвался старик.
Все чувствовали, как сильно расстроен профессор Нойманн. Утром, когда Брэндон допрашивал его по поводу кражи, тот из-за нервов едва ли мог припомнить всё верно. Он то и дело менял показания, а потом разозлился и вовсе предпочёл уйти, сославшись на мигрень. Так же и теперь Фридрих решил скрыться за дверями своей комнаты. Как заверял немец, несмотря на утрату книги, у него было ещё полно работы. Никто не стал его задерживать, хотя очевидно, у Брэндона были к нему вопросы.