Завернув за угол, Холл обернулся, убеждаясь, что погони нет. Наверняка кого-нибудь отправят на поиски. В городе было небезопасно. Стянув с ближайшего балкона с сушильной верёвки куфию[4], Винсент обвязал её вокруг головы, прикрыв нижнюю часть лица.
В небольшой проулок, куда он вышел, обычно не заглядывали иностранцы. Одетые в просторные туники до пола, горожане прохаживались мимо палаток ремесленников, с раннего утра открывших ставни своих мастерских и теперь сидевших под матерчатыми навесами из старых, а порой и обветшалых тканей. Стараясь не привлекать внимание, Винсент мерным шагом блуждал мимо лавок с фонарями и лампами. У прилавка со специями умопомрачительно пахло куркумой, шалфеем, имбирём, розмарином, анисом и целым букетом пряностей. Чего только на базаре не продавали: амфоры, деревянную простецкую мебель, металлическую посуду, египетские ковры, статуэтки, фигурки для детей и ткани на любой вкус и достаток.
Снова завернув в очередной закоулок, Винсент оказался на юго-западной окраине города. Если он на правильном пути, то неподалёку должны быть госпиталь и ночлежка для нищих. Главное — оружие при нём, остальное — ерунда. Скрытый жилеткой от посторонних глаз, Luger P08 в кожаной наплечной кобуре грел не только сердце, но и душу.
Вскоре шум с базара остался за спиной. Чем глубже внутрь города проникал мужчина, тем безлюднее становилось. Неся на головах глиняные кувшины с водой, мимо прошли три египтянки в просторных, длинных чадрах тёмно-синего цвета. Как только они завидели чужестранца, тут же замолчали, опустив глаза в землю. Обойдя троицу, Винсент даже не взглянул на них. Мгновение спустя его носа коснулся стойкий запах кальяна.
Он был близко.
Фундамент современных зданий почти уничтожил следы древнего города. Жителям Александрии понадобилась сотня лет, чтобы окончательно забыть, какие тайны скрывались у них под ногами. Об убежище знали немногие. Оно было надёжно скрыто, и никто из горожан не ведал, что под их домами таятся целые коридоры и ходы, древние подземные резервуары для воды.
Дойдя до нужного места, которое скрывалось в самом тёмном и узком проулке, Винсент огляделся по сторонам. Поблизости ни одной живой души. Мужчина подошёл к обветшалому домику, укрытому кустарниками. Рядом, в тени густых зарослей, лежали древние плиты, до которых много веков никому не было дела. Ухватившись за одну из плит и раздирая пальцы в кровь, Холл поднатужился и с трудом, но всё же приподнял остатки тяжёлой каменной стелы. Кряхтя от натуги, он отодвинул её в сторону, насколько хватило сил. Взору открылся узкий лаз, уходящий глубоко вниз, во мрак, и резко запахло сыростью и затхлостью. Подуло холодом. Ступени у входа превратились в крошку, но кирпичная кладка на стене выглядела свежей. В последний раз Винсент огляделся и скользнул в темноту. В одиночку он бы не смог задвинуть колонну на место, поэтому оставил проход открытым. Всё равно если даже полицейские обнаружат тайный лаз, — что очень сомнительно, — они не смогут отыскать беглеца, который знал каждый сантиметр петляющих коридоров.
Ноги переступили порог, и американец едва не навернулся на скользких камнях. Чертыхнувшись, Холл прощупал карманы, отыскав кресало и камешек. Сбоку на стене висел факел. Мысленно воздав благодарность тому, кто его оставил, Винсент высек искру, и огонь тотчас занялся на просмоленной пакле на конце длинной палки.
Коридор уходил глубоко под фундамент жилого здания. Огромные резервуары для воды, к которым Винсент спускался, были построены задолго до Христа. Они соединялись внутренними каналами, чтобы вода могла поступать из одного в другой. Сейчас они почти пересохли. Развалинам насчитывалось более двух тысяч лет, и хотя ими пользовались вплоть до ХIX века, горожане как-то слишком быстро забыли об их существовании. Полости под городом можно было обнаружить разве что на старинных картах, но на сегодняшний день это уже никого не интересовало, кроме определенного круга людей.
Подошвы ботинок звонко шлёпали по воде. Утопая почти по щиколотку, Винсент не боялся промочить ноги. Однако эхо шагов разбивалось о низкий каменный потолок, и мужчине казалось, что он создаёт слишком много шума. Метров через сто современная кладка сменилась намного более древней. Тоннель резко расширился. Высокие своды поддерживали опорные колонны в греческом стиле. Все стены были покрыты влагозащитным раствором. Пройдя еще немного, Винсент оказался в большом акведуке.