Выбрать главу

-Эйб, тебе, кажется, пора, нам завтра рано вставать…

-Да, извини, ворвался посреди ночи, прости,-он улыбнулся, такую улыбку я видела впервые, она меня чем-то притягивала,-спокойной ночи, и закрой окно.

-Спасибо, спокойной ночи.

Когда он ушел, я рухнула на кровать, снова странные сны… мама.. где ты… мама…..

 

Глава 5

Утро, как сложно вставать, сейчас бы просто лечь и не о чем ни думать, улыбнувшись своим мыслям, я быстро встала и побежала в душ. Подготовка к поездке заняла меньше времени, чем казалось и в 9-30 мы выехали из поместья.

Салли всю дорогу молчала, а Эйб, напротив, пытался шутить и развлекал нас как мог.

-Ну вот представьте, как хорошо, что мы едем вместе, вам сразу и носильщик и мужской взгляд,-его улыбка, он снова смотрел на меня.

-Думаю, что ты прав, кроме мужского взгляда,-я показала ему язык и отвернулась к окну, дорого убаюкивала и успокаивала.

Приехав в город и обойдя парочку магазинов, мы решили перекусить и зашли в кафе.

«У Бэтти» было шумно, до нашего появления. К Эйбу сразу подбежало несколько человек.

-Парнишка, ты в курсе, твой отец тебе сказал?

-В курсе чего, Бэн? Только не говори…

-Да в том-то и дело, что нет, ее не нашли, только палец. Палец и записка. Разве он тебе не говорил?

-Нет, но..

-Вот так… Теперь он еще и послания любовные шерифу оставляет,-хмыкнул молодой парень, сидящий за стойкой,-вот тебе и заголовок на первую полосу,-он повернулся.

-Привет, Терри,-бросил  Эйб через плечо,-не особо рад тебя видеть.

-Привет Эйб, Салли, прекрасная незнакомка,-он спрыгнул, схватил мою руку и поднес к губам,-Я Терри Уильямс, издатель местной газеты, а Вы?..

-Кэт Грин.

-О, та самая Кэт, дочь Кристофера Грина?,-он расплылся в улыбке,-Могу я угостить вас кофе?

-Не думаю, что это хорошая идея,-Эйб притянул меня к себе и сказал,-мы спешим.

-Как жаль, нет, правда, очень жаль, мне бы хотелось пообщаться с вами, но, видимо, в другой раз,-на выходе он бросил,-Эйб, спроси у отца про содержание записки, думаю, вам всем покажется это занятным.

Пока мы находились в кафе, пошел дождь. Выйдя, мы решили, что вместе пойдет к отцу Эйба через парк, так будет быстрее..

Все молчали, и только дождь пел свою песню.

Вдруг, что-то привлекло внимание парня и он, остановившись, прислушался.

-Вы слышите это?

-Что-то, кроме дождя?-спросила Салли, тщетно пытаясь прикрыть голову сумочкой.

-Нет, я о другом, кто-то скулит. Быстрее,-сказав это он бросился в самые заросли, темные, извилистые, так бывает в тех уголках парка, куда меньше всего суются.

Догнав его, Салли вскрикнула, а я остолбенела. Бледное тело, изувеченное, все в крови и ссадинах, лежало около ствола огромного дуба.

-Она, это она,-прокричал парень,-живая, Салли, Кэт, позовите кого-нибудь на помощь, она дышит,-он накрыл ее своей курткой, не решаясь трогать, чтобы не навредить,-Анна, она жива, Миссис Дорс будет вне себя от счастья…

Недалеко от девушки валялся небрежно оторванный кусок бумаги, я подошла, чтобы разглядеть его, там была надпись:

 «С моей болезнью можно бороться, но нужно ли?».

Дальше были какие-то завитки и рисунки..

Салли вернулась быстро, вместе с шерифом и медиками. Весь вечер мы провели в участке, а затем возвратились в особняк.

Глава 6

Несколько дней прошли, как в тумане. Мы узнали у Мистера Росса про записку. Ее содержание, так же напоминало бред сумасшедшего:

«Озеро, мое сердце озеро, днем отражает свет, а в ночи-тьму. Как бы хотелось, чтобы озеро забрало меня…но, увы. Спасите меня…спасите меня…спасите меня…»  

Она была написана на том же листе, что был найден около девушки. Записка больше напоминала игру, в которую мы с родителями играли в детстве. Папа пишет слово, мама продолжает, затем я и по новой. Каждое слово, по написанию, отличалось от предыдущего.

Мисс Дорс была в ужасном состоянии. Амнезия осложняла следствие . Сломанные ребра, раздробленные коленные чашечки, на груди было вырезано слово «прощение», отсутствовал палец. Она, как старая кукла, была выкинута кем-то в отдалении, чтобы полностью познать боль, чтобы вымолить прощение.

***

Я решила зайти в кабинет отца. Все, каждая деталь, напоминала мне о нем. С момента моего отъезда мало что изменилось. Только не хватало запаха сигар, музыки и его смеха, а все вокруг было покрыто толстенным слоем пыли. Давно сюда никто не заходил.

Подойдя к столу, я поняла, что еще меня смутило, он был покрыт бумагами, разного рода заметками. Взяв в руки несколько первых попавшихся и прочтя, стало понятно, чем занимался папа, пока меня не было: