Мама говорит, что даже дома нельзя вести себя как попало, типа я всегда должна стремиться быть леди. А мне просто было наплевать. Мне хватало притворства на людях, а дом и нужен для того, чтобы отдыхать в нём. Тем более, если весь персонал зомбированный.
- Через пять минут, Анжелика Сергеевна, - услышала я ответ, - доброго утра и прекрасного дня.
Его пожелание как нельзя было кстати, день обещал быть просто распрекрасным: узница в собственной комнате.
Через пять минут Никита постучался в дверь:
- Вы себя хорошо чувствуете, Анжелика Сергеевна? - проявил он заботу.
-Иди в жопу, - любезно ответила я.
- Приятного аппетита, - последовал ответ.
С обслугой разговаривать, что с радио, ты им хамишь, они рассыпаются в любезностях, словно не слышат.
Я открыла дверь и завезла тележку с завтраком в комнату. Взяла тарелку с личи и уселась перед окном, отодвинув занавеску, наблюдая, как Константин стрижёт лужайку в саду.
Мне это быстро надоело, и я взяла книгу про Вторую мировую войну, предстоит ещё беседа на эту тему с моим молодым преподавателем истории Мишенькой.
Кажется, я задремала в кресле, а когда проснулась, на моих руках было гораздо больше морщин.
В зеркало становилось всё страшнее смотреть, мне, кажется, уже лет семьдесят. В ожидании приезда матери я провела время в интернете.
Так как моя комната была угловой, два окна выходили в сад и на подъезд к дому. Я сразу увидела, когда подъехало такси.
Мама, как всегда, была неотразима.
Сначала показались её дизайнерские туфли из машины, потом стройные ноги и тёмно-зелёное бархатное обтягивающее платье. На ней была небольшая элегантная шляпка в тон наряду.
Она тут же взглянула в моё окно. Хотя и не могла меня видеть из-за занавески, но было стойкое ощущение, что мы встретились глазами.
С другой стороны машины дверь тоже открылась, и оттуда вышел Михаил Андреевич.
Меня захлестнула смесь из чувств: радости, подозрения и ревности.
Невольно я отпрянула от окна.
Мама с Мишей вошли внутрь.
Я мучилась вопросами. «Почему они оказались в одной машине? Вместе путешествовали? Или она сейчас по дороге его захватила? Зачем?»
В глубине души я знала зачем, но боялась себе в этом признаться. Страшно. Неприятно.
Когда я услышала стук и звонкий голос матери приказал открыть дверь, я опасалась увидеть за ней своего преподавателя, но его рядом не было. Это не принесло никакого чувства облегчения, тревога только усиливалась.
- Привет, бабушка, - засмеялась почему-то моя мать, - быстро же у тебя идёт процесс!
Я невольно бросила взгляд в зеркало. Ну да: старушка! Сморщенная, но всё ещё не сгорбленная, с хорошей осанкой.
-Марина, уже всё готовит для обращения, - посвятила она меня, входя в комнату, - ты знаешь, что делать! Главное, перейти рубеж, а там всё случится, само собой.
В её руках был пакет, который она сунула мне.
- Это Михаил Андреевич? – задала я мучавший меня вопрос.
- Да, я подумала, что первый раз должен быть особенным, всё-таки первый раз. Он же тебе нравится? – её глаза пронзили меня насквозь.
- Я не хочу его убивать, - заявила я.
Ответом мне был язвительный смех.
- Всё никак не повзрослеешь! Иногда мне не верится, что ты моя дочь! Этих Михаил Андреевичей в твоей жизни будет столько, что не будешь помнить, как их всех зовут. Я старалась для тебя, неужели ты хотела увидеть какого-нибудь бомжа, отброса, которого не жалко? Перестань идиотничать, и в конце концов тебе делать выбор! Войдёшь в ванную, а там сама решай, жить тебе ещё несколько дней, чувствуя, как каждая клетка твоего тела разлагается, превращаясь в пену или наконец стать достойной своей расы. Я привезла тебе кое-что, одень это и иди в ванную, там уже всё должно быть готово. И не тяни, не заставляй меня насильно тебя туда отводить, - с этими словами она покинула комнату.
Ванная находилась перед переходом, ведущим в бассейн. Мать не стала устраивать личную встречу для меня с Мишей там, видимо, чтобы не вызывать у меня детских воспоминаний или просто не хотела отдавать свою территорию. Я открыла пакет. Коробка с обувью и свёрток. Такую обувь я ещё не носила, это были босоножки на каблуках, из блестящих ленточек, украшенных стразами, они сверкали словно серебро, как будто Золушка собралась на бал.
В свёртке оказалась алая сорочка из полупрозрачного материала. Она хочет, чтобы я это надела? Смешно. Старушка на каблуках в развратном нижнем белье, представляю, как омерзительно это выглядит.