Очнулся я в помутненном состоянии и еле отвечал на вопросы доктора. Даже имя свое не мог вспомнить. Доктор объяснил, что меня лихорадило почти что неделю. Похороны прошли. Теперь единственное, что осталось от бабушки, — это мраморная могильная плита. Хотя, возможно…
Я с трудом мог поверить, что все «видения», преследовавшие меня до обморока, правда, а не бред в приступе горячки. Но нет. Смотря на врача и Филиппа, я все равно видел эти сущности. Парящее нечто, точная копия оригинала, а иногда уродливое костлявое тело. Какой ужас… Как теперь жить с этим?
Мой поток мыслей перебил громкий стук в дверь. Без приглашения зашел Ричард. Его только здесь не хватало!
— Как ты? Что говорит врач? — спросил он.
Откуда такая неожиданная заинтересованность? По холодному выражению лица Ричарда можно было понять, что на мое состояние ему все равно. От этого человека всегда нужно ждать подвох.
— Да, все нормально, — еле передвигая язык, ответил я.
Он в задумчивости присел на край кровати. Более-менее спокойно смотря на Ричарда, я смог подробно разглядеть его «спутника». Парящее тело разложилось только наполовину. Цвет виднеющихся костей был мне омерзителен: он отливал неприятным сине-фиолетовым оттенком. На одной части его лица еще оставался глаз, больше напоминавший козий, а в другой глазнице не было ничего. Меня передернуло от подобного зрелища. Воспоминания нахлынули с новой силой, отчего чуть не вырвало прямо на Ричарда.
— Что-то тебе совсем плохо: весь побледнел… Не думал, что ты будешь так переживать…
— Ты сюда наслаждаться моими страданиями пришел? Или что? — нервно перебил его я.
— Нет. Просто… — он тяжело вздохнул. — Когда ты собираешься уезжать?
— Когда поправлюсь! — от его грубого вопроса, я весь встрепенулся.
Вот это забота! Ничего другого я от него и не ждал. Но это пока еще тоже мой дом! Когда захочу — тогда и уеду! Однако вместо всех нахлынувших мыслей, я в ответ задал тот же вопрос:
— А ты? Надеюсь, сегодня?
— Нет, мне еще нужно закончить кое-какие дела здесь… — Ричард быстро встал и легонько почистил рукой свой костюм — это знакомое до боли движение всегда показывало, что он нервничает. — В общем, неважно, не буду тебя беспокоить, — с этими словами Ричард вышел из комнаты.
Что могло его вдруг так взволновать? Что я не собираюсь уезжать? Или тоже переживает из-за смерти бабушки? Не припомню, чтобы он был с ней в близких отношениях… Тем более его изуродованный спутник не внушал ни сострадания, ни доверия.
Вдруг ко мне пришла мысль: что же парит надо мной? Увижу ли я свою душу? С дрожью в руках и ногах я медленно встал с кровати и дошел до старого зеркала в комнате, со страхом посмотрев на отражение. Сердце забилось быстрее. Но… ничего… Ничего там не было. В зеркале отражалось только болезненное и измученное лицо: болотные глаза совсем потускнели, цвет кожи стал еще бледнее, губы ужасно потрескались. Все-таки болезнь дала о себе знать. Я тяжело вздохнул. М-да, мой внешний вид вызывает только брезгливость. Однако это «ничего» даже облегчало. Не думаю, что мне стало бы легче от вида парящего нечто над собой…
С невыносимой усталостью я лег обратно в постель. В комнате почему-то стало очень холодно, хотя до этого меня мучил жар. Одеяло совсем не грело, становилось все холоднее, по телу пробежали противные мурашки — похоже на симптомы озноба. Только этого еще не хватало для полного счастья!
Меня внезапно охватил панический страх. Мозг перестал понимать, что происходит, зато чутье кричало: в этой комнате я не один. В последний раз подобное ощущение мне приходилось испытывать в восемь лет из-за воображаемых монстров за окном. Вот только сейчас, зная, что эти монстры и вправду есть, стало по-настоящему страшно. Сердце застучало быстрее и его биение с болью отдавало в уши. Я полностью зарылся в одеяло, внушая себе, что оно защитит… В этот момент почувствовалось: кто-то стоит рядом. Все тело дрожало, а лоб покрыл холодный пот.
«Помоги», — прозвучал чей-то дрожащий голос.
Я вскрикнул и от испуга вскочил с постели. Возле кровати стояла девушка. Ее черты лица были до боли знакомы. И в этот момент я вспомнил сон с прекрасной девой, который благополучно забыл. Правда, от той чарующей теплоты ничего не осталось. Теперь от нее исходил жуткий холод, отчего, казалось, вся комната покрылась льдом. Лицо ее было искажено в мученической боли, длинные кудрявые волосы растрепаны, а большие изумрудного цвета глаза смотрели таким страдальческим взглядом, что сердце раскалывалось. Было понятно: она не живой человек. Тем не менее ее вид сильно отличался от внешности других умерших, которых мне удалось увидеть за короткое время. Если те хоть как-то были похожи на живых, то она больше напоминала могильную статую.