— Эти девушки… были моими партнершами. Некоторые из них покончили жизнь самоубийством… из-за меня.
— Ричард… Что ты говоришь?!
Но он не слышал меня, неистово продолжая:
— Последняя… С ней я обращался безжалостнее всего. Перед смертью она была единственной, кто оставил предсмертную записку, послание. Но лучше бы она просто умерла! Это было самым ужасным, что мне приходилось читать…
— Из-за тебя пять девушек покончили с собой?! — повторил я в ужасе.
Ричард, конечно, был для меня негодяем, но, чтобы настолько! Еще и непонятно, что он делал с этими несчастными девушками! Какой кошмар! Извращенец! Подонок!
— Я хотел искупить вину… Согласился помочь той девушке, думая, что после этого музыка исчезнет…
— Пять! Мне дурно от одной этой мысли! Я, конечно, подозревал, но такое… И ты опять же пользуешься невинной девушкой! Ты… ты просто… Да о чем я с тобой разговариваю?! Ты всегда был бесчувственным эгоистом, который только о личной выгоде и думает! Надеюсь, что они будут преследовать тебя всю жизнь!
— Да, знаю — я негодяй, но, говорю же, что хочу исправиться…
— Ты не хочешь исправиться! Ты просто хочешь, чтобы музыка, которая мешает тебе жить, прекратилась!
— Прошу… Ты ведь можешь хотя бы поговорить с ними? Я уже на все согласен, лишь бы больше не слышать этой музыки! — прокричал он в отчаяньи. Видимо, эти девушки сделали все возможное, чтобы довести его до такого состояния. Он совершенно меня не слышал.
После этой пугающей истории ненависть и неприязнь к брату вернулись с новой силой. Однако его жалкий вид и чуть ли не слезы на глазах в миг разжалобили меня. Я с неохотой все же подошел к обозленным девушкам, хотя не думаю, что они вообще станут меня слушать. На том свете, если он существует, мне должно воздаться за такую доброту!
— Извините… — начал я. Все девушки посмотрели в мою сторону, но играть не прекратили. — Долго ли вы собираетесь это делать? Ричард уже почти сошел с ума, или вам нужно довести его до предела?
— Мальчик, не мешай нам. Мы подарили ему свой «поцелуй любви». Все по очереди. Чтобы он мучился, чтобы он слышал. Мы хотим, чтобы ему было так же больно, как и нам. Мы его никогда не отпустим! Пусть умрет с нами! — ответили девушки в один голос с каким-то ужасающим шипением.
Можно было не стараться, все с самого начала было понятно... Их души заражены местью, и эти бедные девушки не смогут успокоиться, пока не получат своего.
— Не думаю, что они уйдут… — сказал я, уже обращаясь к Ричарду. Мне хотелось также добавить, что он этого заслуживает, но его лицо исказилось в настолько страшной гримасе боли, что слова застряли у меня в горле. Думаю, Ричард и так все понял. Я оставил брата наедине с его призраками и вышел из комнаты.
Интересно, чувствовал ли Рори этих девушек, из-за чего с первых дней не полюбил Ричарда, или просто догадывался о его подкорке?
После пережитой сцены мне нужен был покой. Эта музыка до сих пор играла в голове… Неудивительно, что Ричард сходит из-за нее с ума.
Самое тихое и спокойное место в нашем особняке был сад — куда я и направился. Вдохнув свежий прохладный воздух приближающейся осени, мое тело и дух смогли на секунду расслабиться, но это не сильно помогло. Внутри осталась тяжесть, накопившаяся за все дни моего «активного познавания» другого мира. Вдобавок к этому угнетало чувство неопределенности и множество вопросов: что теперь делать, где искать недостающее кольцо, вернется ли этот альфа-Акрус, чтобы добить нас?
Я посмотрел на уже давно не работающий фонтан и на секунду заметил тень девушки. Эсмеральда! Я не видел ее с того самого злополучного дня, и совсем забыл о ней. Может, она сможет помочь? Все-таки ей столько лет приходится бродить здесь… Наверняка многое удалось увидеть.
— Энтони! — вырвалось у призрака, когда я подошел к ней совсем близко. — Прости, что ушла тогда, мне казалось, что тебе нужно побыть одному… Ты еще не уехал?
— Еще нет. Мне нужно кое-что выяснить. Эсмеральда, скажите, вы случайно не знаете что-нибудь об этих кольцах?