- Входите, Мидард, - посторонился герцог Бельдериз, пропуская мужчину в кабинет.
Когда тот просочился внутрь, Бельдериз прикрыл дверь, плотно задернул занавеску, убедившись, что не осталось даже малюсенькой щели, через которую можно было бы подсмотреть, что происходит в кабинете из сада и вернулся к своему столу.
- Я надеюсь, вас никто не видел? – поинтересовался он, опускаясь в свое кресло, и жестом указывая посетителю занять другое, то самое, в котором час назад сидела Шинар.
- Обижаете, ваша светлость, - тихо отозвался тот, кого назвали Мидардом, - моя работа заключается в том, чтобы меня никто не видел. В противном случае, мне придется уйти на покой.
Бельдериз одобрительно покивал и тут же спохватившись, поинтересовался:
- Могу предложить вам вина или… вы предпочитаете другие напитки.
- Я предпочитаю поговорить о деле, ваша светлость, - с легкой улыбкой отозвался посетитель. – Вино мы будем пить после того, как все будет исполнено.
- Как желаете, - не стал настаивать Бельдериз. – Тогда рассказывайте, что вы выяснили?
Мидард чуть заметно улыбнулся и выудил буквально из воздуха небольшой сверток бумаг, наклонился вперед и протянул их герцогу.
- Все здесь, вы можете сами ознакомиться, ваша светлость.
Бельдериз поморщился, но бумаги взял, развернул их и принялся за чтение. По мере того, как он читал лицо его принимало странное выражение, словно бы все эмоции уходили, оставляя после себя лишь только непроницаемую маску.
- Интересная личность этот ваш родственник, - не утерпел Мидард. Он сидел, расслабленно откинувшись на спинку кресла и выглядел совершенно беспечно и непринужденно, но будь неподалеку, к примеру, капитан Рауз и имей он возможность хоть немного понаблюдать за сим господином, понял бы, что вся эта беспечность – чистой воды показуха.
Мидард был не просто напряжен, он пребывал в том состоянии, в котором часто находятся воины в момент ожидания нападения. Цепкий взгляд, от которого мало что можно скрыть, оружие, спрятанное в недрах одежды, но, тем не менее, расположенное таким образом, чтобы можно было беспрепятственно выхватить его при малейшем намеке на опасность, поза, выдающая в собеседнике герцога человека, не понаслышке знакомого с битвой или убийством.
- Чем же он так вам приглянулся, милейший господин Мидард? - поинтересовался герцог, не поднимая глаз от бумаг.
- Ну как же, - усмехнулся Мидард, - с каждой новой жертвой он становится все изобретательнее, все искуснее. Вот например та несчастная, которая имела неосторожность привлечь внимание вашего племянника в последний раз. Бедняжка мучилась около трех дней. Виконт умело подводил ее к порогу раз за разом, а затем отступал, даруя своей жертве призрачную надежду на спасение. Она молила о смерти, плакала, но продержалась на целые сутки дольше, чем ее предшественница. Обе они, кстати, умерли в страшных муках. Виконт делает успехи, его мастерство растет, что не может не восхищать.
Бельдериз непроизвольно передернул плечами, в этот момент он как раз читал отчет о том, как выглядело тело несчастной девушки, которой не посчастливилось привлечь к себе внимание виконта Ардо. Мерзкое чтиво, решил про себя герцог. Но ужаснуться его заставило вовсе не перечисление ужасных ран на теле жертвы – за свою жизнь, он и не с таким сталкивался. Приходилось даже воочию видеть последствия ужасной катастрофы, когда погибло много людей. Вот там был настоящий ужас, когда нельзя было с уверенностью сказать, кто перед тобой – взрослый или ребенок, женщина или мужчина, пострадавшие представали в виде сплошного месива из обугленного мяса. Так что словесное описание того, как его родственник издевался над ни в чем не повинными девушками мало тронул герцога. Увы, когда стоишь одной ногой в могиле, и каждый день вырываешь у Шарха когтями и выгрызаешь зубами, о страданиях незнакомцев думаешь в последнюю очередь. Герцога ужаснуло вовсе не описание ужасных ран, истязаний и издевательств над невинной жертвой. Антуан испугался, когда прочел, как выглядела несчастная до того, как попала в лапы к его единственному ныне наследнику.
- Темноволосая, среднего роста, глаза карие, кожа светлая, - прочел вслух герцог. – И часто виконт обращает внимание на девушек с такой внешностью?