Алан вздохнул, подавил в себе приступ ненависти что к герцогу, который неплохо так себе устроился, что к герцогине… а чего она мужу так призывно улыбается?
Плюнув, что на слежку, которая не дала никаких результатов, что на сиятельное семейство, спрыгнул с дерева и отправился к себе.
На душе было погано.
И колдовка еще эта… Вот где ее искать?
И чем дальше Алан отходил от особняка герцога Бельдериза, чем тоскливее ему становилось. Из глубины души поднималось нечто темное, определенно недоброе. И почему-то он никак не мог отделаться от мысли, что именно герцогиня приведет его к той самой ведьме. Ведь не даром сиятельное семейство приехало в Бьйори. Да, ходили слухи, что герцог неизлечимо болен и… оно и понятно, что морской воздух полезен для здоровья и все такое, но…
Если предположить, что на побережье Бельдеризы приехали ради лечения, то… и герцогиня, в одиночестве, ночью… Куда она ходила? Зачем?
Искала жертву?
Так не было ее. Жертвы. Алан специально проверял. Не успела? Стражи ее спугнули? Или же…
Они выглядели счастливыми. И довольными, что супружеством, что друг другом. Любовь? В это Алан не верил.
А вот в расчет. Герцогине не выгодно, если ее супруг умрет сейчас. Да, она что-то там получит, но не все. И титул, основное имущество, положение в обществе и большая часть капитала отойдут наследнику… А наследником у нас пока виконт Ардо, который особо «тетушку» ненавидит и даже не брезгует полоскать ее имя в свете.
-Наследник! – Алан даже подпрыгнул на месте. – Вот оно! Им нужен наследник.
А ламии…
Алан улыбнулся. Ламия не может понести от кого угодно. Так вот для чего они приехали в Бьйори.
- Что ж, - Алан расплылся в улыбке. – Думаю, мы одним ударом разберемся сразу с двумя.
Сказал это и почувствовал горечь. И боль в груди. И стало так тоскливо, что даже солнечный день вдруг померк.
Глава 18
ГЛАВА 18
Маора устроилась… неплохо устроилась, стоит признать. Покои на господской половине. В конце коридора, само собой, да без гардеробной и будуара здесь предусмотрено не было, кровать, ковер на полу, шифоньер… мда… Для служанки – выше всяких ожиданий, а вот для графской дочери, коею Маора себя считала, так не по статусу.
Поначалу, когда ее только препроводили в эту вот комнату, наносили воды в небольшую лохань, установленную за перегородкой, оставили пару свежих полотенец и чистое белье, Маора подумала, что жизнь налаживается.
Да вот только…
Вода была лишь едва теплой, полотенца далеко не новые и пушистые, а белье… не шелковое, из ткани плотной. Такое бельишко знатная дама на себя никогда не наденет.
Маора разозлилась. Сильно.
Она, графская дочь, собою рисковала, едва не поплатилась жизнью ради правды, а они… а ее… Нет, так дело не пойдет.
Завернувшись в покрывало, стянутое с кровати, Маара принялась трясти колокольчик. А затем, как только в комнате появилась служанка, раскричалась!
- Это что! – вопила вчерашняя служанка. – Это кому ты принесла, а? совсем из ума выжила, тварь!
Служанка удивленно хлопала глазами и точно не понимала, что не так.
- А ну быстро раздобудь мне приличную одежду! Да чтобы чулки были шелковыми, со стрелками! И белье! А платье чтобы из голубого льна! И живо!
- Чего? – вылупилась горничная, девица некрасивая, рябая, да видно ума недалекого. – Ты что о себе возомнила? Ты кто…
- Рот закрой! – от злости Маору аж трясти начало. Что эта девка себе позволяет? Да как она смеет! – Немедля делай, что тебе говорят, если не хочешь оказаться на улице! Уж я позабочусь, чтобы тебе рекомендаций не дали, вот тогда-то попляшешь!
- Ага! – девица усмехнулась недобро. – Уж бегу и падаю! Чулки ей шелковые подавай! Ишь, выискалась королевна!
Маора не стерпела, подскочила к наглой девице, да вцепилась ей в космы. Та в накладе не оказалась, принялась отбиваться, да так удачно, что попала Маоре по лицу. Металлический привкус крови из разбитой губы буквально взъярил. Взгляд заволокло красной пеленой. Маора закричала, бросилась на обидчицу с кулаками. Она не владела собой, не сознавала, что делает и чем все это может закончиться. Не понимала, что это всего лишь наглая горничная.