Жрец Сиятельной охотился за ведьмой, что своим колдовством сводила мужчин с ума. А Араш… оказался в нужное время в нужном месте. Помог жрецу, пусть даже помощь его была не сказать чтобы вовсе уж значимой (да и что мог мальчишка тринадцати лет?), но инквизитор что-то разглядел в голодном послушнике, а после и вовсе взял с собой.
Так и началась карьера Араша Нароми.
Сначала – на подхвате у наставника, затем – постриг и собственное дело. А там и…
Много всего было за его долгую жизнь. Ведьмы, колдуны, иная всякая мразь… И вот, поди ж ты, Араш уже один из двенадцати, а если сейчас не упустит своего, если справиться, то… в следующем году вполне может претендовать на золотое шитье одного из трех.
Брат Варонго давно уж перестал принимать активное участие в деятельности братства. Начал… вставлять палки в колеса золоченой колесницы, заговаривал, что Орден Сиятельной был создан ради борьбы со злом, а не во имя его. Что братья давно уже позабыли, для чего они есть и кому служат.
Что нет никакой части в том, чтобы отправлять на костер невинных дев, объявляя их ведьмами!
Араш Нароми слушал старшего брата, кивал в ответ… Что ж, в чем-то Варонго был определено прав…
Зло надо искоренять не только среди крестьян и бедняков. О, нет! Куда больше тварей в белокаменных дворцах. И он, Араш Нароми, считает своим долгом возглавить борьбу с ними – истинными средоточиями Зла, посланниками Шарха!
Виконт Ардо!
Отправить на костер сиятельного аристократа стало для Араша делом чести. Он долго подбирался к виконту, осторожно, шаг за шагом, приближался к нему, нашептывал…
Виконт был тварью, само существование которой являлось богопротивным. От таких стоило избавляться немедля, и Араш почти уже… почти… Он знал о том, что творит Ардо, видел собственными глазами, как сиятельный аристократ, одурманенный белым порошком, творил такие непотребства, о которых даже истинные ведьмы не подозревали. И почти уже решился на то, чтобы огласить приговор, как…
Эта девка спутала Арашу все планы. Но… Сейчас, брат Нароми был рад, что не приказал сразу избавиться от неугодной служанки, возомнившей себя едва ли не принцессой. Выслушал. Даже осыпал благодатью, прежде чем отдать палачу. Нет, можно было бы и по-хорошему, такие как эта Маора согласились бы на все ради денег или целостности собственной шкуры, но… Она была молода. И красива. И сознавала, эту свою притягательность. А потому… Нет, Араш Нароми не позволит какой-то ведьме, скрывающейся за маской юной девицы, мешаться в его планы.
Мог ли он мечтать о том, что в его сети попадется настолько крупная рыбка? Мог ли предположить, что однажды, одно его слово будет отделять настолько влиятельного аристократа от костра?
Да. Он, Араш Нароми, поднимется так высоко, как еще никому не удавалось. И никто больше не посмеет бросить ему в лицо то, что он – всего лишь сын рыбака!
Свернув с главной площади, брат Нароми все так же неторопливо прошествовал к главному храму, вошел внутрь, осеняя себя и окружающих защитным знаком Сиятельной. Поклонился статуе Шинаи, хоть и считал, что негоже ему, почтенному мужу, склонять голову перед женщиной, пусть даже и была она богиней… и скрылся за оной из неприметных дверок.
Мало кто знал, что под главным столичным храмом располагались пыточные и допросные святой инквизиции. Когда-то это были кельи, но затем… Разве ж можно жрецам прозябать в подобным условиях, буквально похоронив себя под толщей земли и камня?
Нет и нет.
Братья вышли на поверхность, а вот устроенные под храмом кельи приспособили под свои нужды.
Та девка, что пару дней назад явилась к виконту Ардо требовать денег за информацию, висела на дыбе, тоненько подвывая. Палач постарался на славу… на теле ее не осталось ни кусочка нетронутой кожи. Впрочем, брат Араш давно уже не впечатлялся, знал не понаслышке, что признаются все.
- Вы закончили, - он вошел в пыточную, не глядя на распятую девицу, которая, стоит признать, за несколько дней успела достать его до печенок. А такого уже давно не случалось. Не встречал в последние лет десять брат Араш никого, кто мог бы вывести его из себя, заставить скрежетать зубами. А поди ж ты…