- Джеф злится на Хайден, потому что слышал, как ты говорил другу, что хотел бы иметь Хайден сыном. Ты глубоко ранил его этим. Ты никогда ни о чем не просишь Хайден – ты просто бьешь ее в лоб своими требованиями. Ты всегда вбиваешь клин между членами нашей семьи, а я всегда стояла в стороне и позволяла тебе делать это, но не сегодня.
В комнате воцарилась мертвая тишина, и никто не смел пошевелиться.
- Я глава этой семьи, - сказал папа.
- Господи, у тебя не будет семьи, если ты сейчас же не выйдешь из-за этого стола, - сказала мама, сквозь стиснутые зубы. Папа бросил салфетку, встал, глядя на маму так, как будто видел ее впервые, и ушел.
Все сидели тихо, пока мама не заговорила снова.
- Я сделала десерт. Я сейчас принесу его.
- Я помогу тебе, - сказала Ванда и ушла за ней в кухню.
- Я думаю, что мне тоже пора вперед и налево, - сказал Ричард.
Я протянула руку и положила ее ему на руку. – Мне очень жаль.
- Все нормально, я понимаю… Думаю, что понимаю. Приятно было встретиться с тобой, - он встал. – Приятно было встретиться со всеми вами, - сказал он, затем развернулся на одной пятке и поспешно ушел.
- Мне тоже пора уходить, - сказала Агги. – Но прежде чем сделать это, я должна отдать вам это.
Она протянула мне через стол то, что я думала было бумажником.
- Глория не хотела оставлять это на острове и отправила мне по почте с пожеланием отдать это вам. Она решила, что лучшее время поймать вас здесь – Рождество.
- Что это?
Агги стояла и смотрела на меня.
- Я не знаю. Хотя это было очень важно для нее.
- Спасибо, - сказала я, пытаясь встать на свои ноги. – Мы еще увидимся.
- Не пытайся вставать, а то перевернешь стол. Не надо создавать проблемы из-за меня.
- Мы еще встретимся, Агги, - сказала Адриан, вставая.
- Всего доброго.
Джеф и я остались за столом вдвоем. Я посмотрела на него. А он смотрел на скатерть.
- Мне очень жаль, Джеф.
Он посмотрел на меня, его лицо ничего не выражало.
- Мне тоже, я должен был злиться на папу, а не на тебя.
- Мы так долго хотели его похвалы, но думаю, что это никогда не случится. Может быть на этот раз забыть все разногласия и просто стать счастливыми с тем, кто мы есть.
Мой брат вытер влажные глаза тыльной стороной ладони.
- Это не так-то просто для меня. Я не похож на тебя.
- Джеф…
- Не пытайся сделать это немного лучше, Хай. Я постараюсь.
Это был первый раз за много лет, когда он назвал меня моим детским прозвищем.
- Я всегда доступна, если ты захочешь поговорить.
- Возможно я воспользуюсь твоим предложением, но мне нужно время.
Адриан вернулась, когда мама и Ванда зашли в комнату с нагруженными десертом подносами. Похоже, что все трое плакали.
- Маргарет, мне очень жаль, - начала Адриан.
- Пожалуйста, не… - мама поставила поднос на стол. – Это должно было когда-то случиться. Мы всю жизнь ходим вокруг него на цыпочках. Кроме того, дорогая, ты не сделала ничего плохого.
Мама подошла и обняла Адриан, а я потеряла свое самообладание. Джеф протянул руку и погладил меня по спине – этот жест заставил меня плакать еще больше. Вся комната наполнилась звуками всхлипов и сморканий.
Когда женщины Тайт отправились на заднее крыльцо пить кофе, Джеф присоединился к нам. Мы разговаривали и смеялись последние часы перед Рождеством. Не было никаких споров между мной и Джефом, а когда наступила полночь мы все поздравили друг друга с праздником.
Папа вернулся домой около трех часов ночи. Я узнала об этом, потому что они с мамой ругались так громко, что разбудили меня, и я посмотрела на часы. Уверена, что Ванда и Джеф тоже проснулись, потому что их комната была рядом с родительской. Голоса были приглушены, поэтому не понятно было, кто что говорил, но мама производила больше громких звуков.
Когда все стихло, я подумала о книге, которую дала мне Агги. Когда мы ложились спать, я была эмоционально истощена, поэтому не раскрывая ее положила в чемодан. Теперь любопытство мое возросло, но я слишком устала, чтобы что-то с этим сделать.
Мы с Адриан встретили утром Ванду и Джефа на верху лестницы, обсуждающими что-то.
- Что такое? – спросила я, присоединяясь к ним.
- Мы боимся идти вниз, - сказала Ванда.
- Мы не боимся, - сказал Джеф. – Мы просто не знаем, что за настроение на первом этаже, а Ванда не хочет идти в разведку.
- Ладно, мы пойдем все вместе, - я толкнула Джефа, - ты идешь первым.
- Дамы – вперед, - сказал он.
- Ладно, девочки, давайте спускаться, а трусливая курица может идти сзади, - Джеф щелкнул меня по затылку, как он всегда делал, когда мы были детьми. Я рассмеялась.