– Все так запуталось. Обещай, что не станешь рисковать. Мне хватает того, что у них моя мать, – вздохнул я.
– Знаю. Мы найдем вас, обещаю…
Я не стал ей рассказывать о встрече с кровожадным родственником, а перешел сразу к делу, и доставил ей ментальное удовольствие.
Лейла…
Я очнулась от собственных стонов, и в моей голове развернулась мысль о том, что я жутко хочу прикоснуться к Амаранту в реальности. Да, этот, можно сказать, виртуальный опыт доставлял мне массу эмоций (я не испытывала ничего подобного ни с одним мужчиной), но все-таки мне недоставало телесных ощущений.
Дон пришел за мной и угрюмо повел по коридорам корабля, не проронив ни слова. Меня напрягал его вид, настроение сразу испортилось. Остановившись возле разъезжавшихся в стороны дверей, он слабо мне улыбнулся:
– Ты «искра», вы чувствуете других.
– А вы читаете мысли, – догадалась я о несанкционированном проникновении в мою голову. Отчего-то у Амаранта не выходило читать мои мысли, а магнусы с легкостью справлялись с этой задачей. – Если чувствовать всех подряд, можно сойти с ума.
– Каждый сумасшедший по-своему, – пожал плечами Дон, указав взглядом на кабинет. – Подготовка займет около часа. Новое оборудование не требует многодневного очищения. Все что от тебя потребуется – немного терпения. Ида войдет в твое энергетическое поле памяти и извлечет информацию.
– Ларо сказал…
– Да, раньше это было болезненно. Ханна проходила через процедуру, которую не пожелаешь врагу, – помрачнел он при упоминании своей любимой.
– Мне жаль, Дон, – я чувствовала боль в области сердца. Это была его боль. – Уверена, Амарант не даст ее в обиду.
– Если бы я не изгнал его тогда…
– …то мы бы с ним, возможно, не встретились, – выдавила я улыбку и вошла в кабинет.
Из другого помещения показался высокий полноватый магнус с короткими кудряшками и бросил на меня беглый взгляд:
– Ложись на койку, сейчас приступим.
– Приступим к чему? – спросила я, но он не ответил, мельтеша по кабинету.
Я устроилась на парящей койке. Магнус закончил мельтешить, присел на край, и быстро ввел в мою вену тонкий металлический прутик. Не знаю, зачем он был нужен, но на меня вдруг навалилась такая усталость, что я начала засыпать.
– Сны могут быть тревожными, – объяснял он, склонившись надо мной. – Меня зовут Шай. Если что, зови, как проснешься.
– Зачем… – я не договорила, погружаясь в осознанное сновидение.
Я уже привыкла понимать, что сплю, и мне начинало это нравиться. Так я могла видеть вещи, которые другим людям были не свойственны. Современный человек буквально вляпался в материю. Были и те, кого перекосило в сторону духа, и они отказались от своих тел, называя их бренными. И то, и другое – отвратительное искажение действительности. Теперь я это отчетливо понимала, как если бы знала об этом всегда. Знание приходило в мою жизнь из какого-то неведомого источника, и просто проясняло что-то у меня в голове. Это напоминало вспышку озарения. Внезапно ты уже знаешь, и никто больше не сможет убедить тебя в обратном.
В этот раз я плыла в каком-то сверкающем озере. По дну курсировали маленькие яркие рыбки, вода была чистой, источавшей свечение. Я видела свои руки с перепонками между пальцев, и знала, что ноги у меня точно такие же, а хвост – помогает развивать скорость как на суше, так и в любой другой среде. Вынырнув на поверхность, я увидела бескрайнее, переливавшееся разноцветными волнами небо. Где-то вдалеке мерцала видимая глазу планета, над которой крутилось множество объектов неправильной формы. Я вышла на сушу, рассматривая свои сильные, покрытые гладкой, как у дельфина, кожей ноги. Она была приятной и бархатистой на ощупь, но достаточно прочной, чтобы выдержать атаку лучевого или пулевого оружия. Я заметила, что стоило мне о чем-то подумать, как я тут же получала ответ в своей голове.
Почва планеты была песочного типа, но из нее произрастало множество растений, которых я еще ни разу не видела: большие лиловые шапки, расползающиеся по поверхности, крупнолистные, переливающиеся разными цветами деревья, что-то вроде нашего вьюна (только толще и с острыми шипами), кустарники, с торчавшими из них твердыми на ощупь побегами, и плодовые деревья. Прямо на моих глазах на одном из них выросло нечто круглое, и упало мне в руку. Я спросила себя: «Можно?», и без опаски вкусила плод. Он был сладким и вкусным, и очень мягким. Его мякоть буквально растворялась, лишь попадая мне в рот.
Мне нравилось это место. Я чувствовала себя дома и не хотела просыпаться. Казалось, земная жизнь дана мне в какое-то наказание, ведь это место было пристанищем для моего сердца. От планеты, окруженной странными фигурами, отсоединилась одна. Она подлетела ближе, зависла на расстоянии, ее грани разъехались, и на поверхность выпрыгнуло существо. Оно было очень красивым: высокое, подтянутое тело, крупные ноги (они напомнили мне строение ящера, но в отличие от него были с длинными пальцами, между которыми, как и у меня, были перепонки), практически человеческий торс, голова округлой формы, слегка вытянутое лицо, немного приплюснутый нос, небольшой гребень на спине, и упругий длинный хвост.