Найвус хлопотал в целительском блоке, доводя разговорами беднягу Гектора. Порой мне казалось, что их препирания – самая настоящая перепалка женатой пары. Я подозвала его к себе, и мой искрящийся друг мигом откликнулся.
– Что такое? – осмотрел он мое лицо и ущипнул за ухо.
– Ай! Перестань! Все со мной в порядке! – возмутилась я, свечение моей кожи стало ярче и агрессивнее.
– Удивительно. Обычно оно затухает, когда мы злимся. Но ты…
– Реагирую на негатив иначе? – огрызнулась я, и он сложил на груди руки.
– Ты знаешь, что я не скажу тебе, где его держат. Амарант меня уничтожит, – виновато заглядывал Найвус в мои глаза.
– Ну, ты мог бы дать подсказку…
– Лейла…
– Хорошо, хорошо, – развернулась я и отправилась на поиски того, кто был готов мне помочь.
Долго искать не пришлось. Ханна была безумно благодарна мне за спасение своего сына, и согласилась отвести меня к другу. Проблема была в том, что она тоже не знала, где его искать. А потому мы решили вломиться в кабинет Рудиса.
План был прост. Каким-то образом мне нужно было выманить Рудиса из кабинета. Ханна подключится и отвлечет его снаружи, пока я буду искать информацию в главном компьютере. Я даже представить себе не могла, как мне это сделать, ведь техника «искр» выглядела замысловатой. Ханна велела мне опереться на интуицию, уверяя, что все обязательно получится.
Я вальяжно зашла в кабинет, вновь залюбовавшись красотой морского дна, просматривавшегося через стекло. Рудис был увлечен каким-то процессом за главной панелью управления, но, увидев меня, сразу отвлекся.
– Приветствую, Лейла, – улыбнулся он мне так, будто проглотил кислый лимон. – Что-то нужно тебе для удобства?
Хмыкнув, я смерила его взглядом, подыскивая в уме варианты, как выпроводить его наружу. Обморок мог бы сработать, но «искры» до жути находчивые, и Рудис мог попытаться привести меня в чувства самостоятельно. Нужно было что-то, от чего он не сможет отмахнуться. Подумав об этом, я вся раскраснелась. Флирт казался мне идеальным вариантом: после того, как я проявила властность, он стал со мной более обходительным.
– У меня к тебе личный разговор! – неожиданно резко сказала я, и он заметно напрягся, указывая рукой на противоположное кресло.
Я приблизилась к парящему столу и опустилась на край, выставляя напоказ наполовину обнаженную ногу из-под распахнутого балахона. Рудис сосредоточенно смотрел мне в глаза. Я чувствовала его эмоции: смятение, вожделение, отрицание и страх. Последний буквально сдавливал его изнутри. Я не умела читать мысли, как это делал мой любимый, но прекрасно плавала по волнам эмоций.
– Не думал, что ты лишена такта… – провел он дрожащей рукой по белым, будто поседевшим от времени волосам.
– Я хочу тебя… – с придыханием сказала я, схватила его руку и положила себе на колено.
Главный базы отшатнулся, будто обжегшись, его блеклые глаза бегали, возбуждение нарастало. Однако страх был сильнее. Я улыбалась уголком губ, зная, что будет дальше. Вскочив с места, Рудис выскочил в коридор.
Панель управления была полностью сенсорной. Я провела по ней пальцем, и она вывела проекцию какого-то места прямо в комнату. Я полистала немного, различая приглушенные голоса в коридоре. Проекции сменялись, но Мау на них не было, как вдруг в лучах проектора появилась моя Орра. Завидев меня, она взвизгнула.
– С ума сойти! Он говорил мне, что ты изменилась, но это…
– Привет, – потупила я взгляд: я ведь так и не связалась с ней после произошедшего (мне было как-то не по себе от всей этой семейной истории).
– Лейла, я знаю, что это непросто, – хмурилась Орра. – Но я очень скучаю… Не отталкивай меня теперь, когда ты знаешь, кто мы друг другу.
Она была права, абсолютно права, но в груди у меня нестерпимо жгло, горькие слезы грозились пролиться. Я любила ее, но отчего-то не могла простить за то, чего она даже не совершала. Странно, я должна была ненавидеть мать, а злилась на свою сестру.
– Я хочу освободить Мау, – перевела я тему. – Ты знаешь, как это сделать?
– Того парня, который сошел с ума? – Я кивнула. – А ты уверена, что он будет в порядке? – Я снова кивнула. – Хорошо, делай, как я скажу.
Она говорила, а я пошагово выполняла ее указания, и вскоре в комнате возникла еще одна проекция. Наскоро зарисовав карту, я убрала клочок бумаги в карман.
– Обещай, что свяжешься со мной снова.
Мне хотелось обнять голограмму, но вместо этого я улыбнулась сестре, и ее изображение растаяло.