— Вот, кстати, ваш ключ, дубликатов у нас нет, так что не теряйте. — добавил Торрес.
— Спасибо. — сказал Адам.
— Показать дом изнутри?
— Нет, спасибо, разберусь... — Лии также остановил священника жестом.
— Хорошо.
— А подскажите, электричество везде проведено?
— Эм... — Сет задумался, поднял голову наверх, прошла словно минута, Лии было уже неловко, но внезапно Торрес наклонил ее обратно вниз. — Да! — закричал он так будто придумал новый закон и должен был закричать: «ЭВРИКА!». После этого продолжил обычным своим голосом. — Да, мэр как раз заезжал вчера вместе с инженерами, тут все сделали как надо, простите, с памятью проблемы, вспоминал...
— Бывает... — добавил доброжелательной улыбкой Лии.
Адам взял ключи и открыл дверь, заметив, что Сет не ушел и стоит у него за спиной, как вкопанный, насторожился, обернулся и помахал тому рукой, после чего тот развернулся и пошел к себе домой. Лии стоял еще минуту, чтобы увидеть в каком доме живет Торрес. Проживал афроамериканец в доме рядом с взрослой парой. Успокоившись, он развернулся и вошел в дом, внутри было темно, повезло, что рядом был счетчик, светя себе фонариком, он его нашел и сдвинул переключатели, после чего свет очень быстро зажегся, на секунду ослепив Адама, от чего тот закрыл глаза правой рукой. Через мгновение зрачки привыкли и тогда Лии увидел бардак, который тут никто не прибирал в течении большого количества времени.
Черт... это надолго, точно не сегодня буду убираться... найти бы радио, про которое мне говорили...
Также Адам заметил, что арочные большие окна с обеих сторон грязные и заляпанные, понял, что их ему придется тоже мыть. Само помещение выглядело огромным, это была приемная, лавки ему нужно было поставить к стенам, чтобы было максимально просторно. Впереди находилась одна деревянная дверь, а слева и справа были расположены закрученные лестницы из белой древесины. К двери впереди он идти не захотел и начал подниматься наверх, воспользовавшись лестницей справа, так он заметил, что на потолке находятся огромные люстры с лампами вместо свечек, ему показалось, что такие источники света должны быть где-то в замке, но никак в не полицейском участке. Поднявшись наверх, Лии увидел ещё одну огромную люстру на потолке, только тогда он увидел, что все вокруг из темного дерева: пол, стены и потолок. С обеих сторон имелись круглые стекла, на которых был нанесен узор солнца. Выглядело красиво, поэтому заменять их обычными стеклами желания у нового шерифа не было. В левом стекле, ведущем к лесу, вдалеке виднелось огромное дерево, про которое шериф давно знает, с Евой он был у него много раз, им он восхищался словно оно восьмое чудо света, но смотреть на него из-за накативших воспоминаний было тяжело, поэтому отвернулся. Все вокруг него было так же разбросано, как и внизу и, следовательно, там тоже требовалась хорошая уборка, но внимания Адама привлекло другое. Во-первых, он уже видел свой кабинет, стеклянные стены впереди и деревянная дверь, а также жалюзи, которыми можно скрыться от чужих глаз, если будет много народу на этаже.
Если, конечно, здесь вообще соберется куча народа...
Во-вторых, над его будущим кабинетом (правее на пару метров) находилась маленькая дверь, Лии сразу же захотелось туда попасть. Покопавшись в хламе, Адам нашел складную лестницу, которая, по его мнению, и была для того, чтобы подобраться к этой двери. Поставив лестницу, шериф положил на нее руки, проверил ее на устойчивость, пошатывая из стороны в сторону, ему она показалась довольно стойкой, после чего он залез на нее ногами и начал взбираться наверх. Так Адам поднялся на два метра вверх, нога случайно соскользнула на одной ступени лестницы и Лии чуть не упал, но ухватился за ручку двери и удержался, после чего поставил ногу и провернул круглую ручку по часовой. Дверь распахнулась во внутрь с трудом, слышалось то, как что-то за ней двигается, и Адам увидел еще большую кучу хлама, а также кровать, которая была не тронута и на которой никакого хлама не лежало. Рядом с ней стояла тумба, на которой было радио, шериф обрадовался и подошел к нему и надеялся на то, что оно включиться. Так и произошло, поэтому Лии начал настраивать частоту. Поставив девяноста шесть и двадцать пять сотых, он услышал то, что и хотел. Играл шансон, который в секунду успокоил его. Убираться он в этом помещении был также не в силах, поэтому не стал раздеваться, снял с себя верх, кинул его на стул, взял подушку, почистил ее от пыли, хорошенько встряхнув и подув на нее ртом, после чего положил ее обратно на кровать. С одеялом он поступил точно также, после чего открыл окно на распашку и лег. Матрас был мягким.