— Что ты несешь, урод?! — закричал журналист.
— Я тебя предупредил, Томми...
Звонок закончился, но журналисту стало не по себе, ведь некий знал его имя и не хотел, чтобы тот продолжал делать то, чем он занимается, воображение снова разыгралось и когда кто-то коснулся его плеча, то он с занесенным кулаком резко развернулся, но попятился назад, увидев испугавшуюся Эрин, волосы которой намокли, как и одежда. Рука парня сразу же опустилась, ему стало неловко, как и Прайс, но он решил заговорить.
— Прости... не хотел тебя напугать... — сказал Томми.
— Ничего... сама тоже виновата... — произнесла, сначала напугавшись, а после мелькнув маленькой улыбкой, Эрин. — А с кем ты разговаривал так громко?
— Я? — Томми задумался о том, рассказывать ли даме о услышанном, но посчитал, что это будет лишним. — Нет, просто забей.
— Хорошо, ты хотел поговорить, да?
— Да, только дождь тут мешает, может в отеле побеседуем?
— Ладно.
Дама пошла вперед, а журналист вслед за ней. Они зашли во внутрь отеля, регистратор спал, поэтому Эрин разбудила его, напугав и заставив вскочить со своего места, после чего сообщила о том, что будет в столовой вместе с парнем. Регистратор не выразил ничего против и уселся обратно на кресло, чтобы продолжить спать. Оказавшись в столовой, Эрин пошла к своему месту, где всегда сидела, а Томми же, остановившись, решил оглядеть ее сверху вниз, посмотрев на то, как она оделась сегодня. Дама была в галошах, синих узких джинсах, белой кофте и черной отблескивающей расстегнутой куртке. Ее прекрасные намокшие рыжие волосы были собраны в пучок и завязаны с помощью розовой пластиковой резинки. Долго всматриваться Андерсон не стал и пошел к столу, усевшись напротив женщины, так увидел, что она снова в очках, на этот раз в полностью черных, глаз снова не было видно, видны были лишь все также красивые белые зубы и не покрашенные пышные губы.
Пару минут парочка смотрела друг на друга молча, Томми думал о том, что он снова весь в грязи, хоть и переоделся. Оба не знали, как именно начать диалог, пока это не сделала Прайс.
— Ты хотел поговорить о том, что произошло с нами, верно? — спросила она.
— Да... — Томми было тяжело произносить следующие слова. — Когда я тебя увидел, то сразу же влюбился в то, как ты выглядишь, как пахнешь шоколадом, как говоришь и в то, что ты делаешь.
— Я же сказала, что это была ошибка.
— Я так не считаю, ты могла уйти, но осталась, разве нет?
— И я очень об этом жалею... — Эрин встала и хотела уйти.
— Стой. — Томми схватил руку дамы и остановил ее жестом.
— Что?
— Я люблю тебя...
— А я нет! — прокричала резко дама с взглядом, показывающим свое отвращение и заставив этим Андерсона убрать руку и скорчить не понимающую гримасу. — Я тебя не люблю! Я люблю своего мужа, Михаила.
— Да он бьет тебя! Избивает! — закричал Андерсон.
— Он может и бьет меня… — Эрин сняла очки, и журналист словно сжался в клубок, представив то, что она чувствует, он не ожидал таких слов от нее, но дама продолжила спокойным голосом, опустив глаза вниз из-за того, что желания смотреть на парня не было. — Он может и бьет меня, но он не был таким всегда... все было должно было быть иначе... я виновата! Я верю в то, что у нас с ним еще есть шанс на то, чтобы начать все заново, но ты лезешь не в свое дело… — женщина резко посмотрела Андерсону прямо в глаза. — Я продала тебе дом и больше ничего у нас не будет, ты меня понял?!
— Но... — дрожащим голосом начал Томми, пытаясь не показать то, как он боится.
— Я сама виновата, что дала тебе повод думать, что ты мне нравишься. — Прайс поправила волосы и снова убрал свой взгляд от глаз парня. — У меня не было секса уже очень давно… — у женщины вырвались эти слова случайно, но останавливаться уже не было смысла. — Я даже не считала сколько именно лет, а тут появился ты и, конечно, начал такой молодой и заигрывать со мной, чего бы мне было тебе не подыграть, ведь я продавала тебе дом... когда мы занялись сексом, то это была словно не я, словно меня кто-то подменил, после него я осознала то, что наделала и мне дальше с этим жить, но становиться твоей возлюбленной я не буду, ты меня понял?! — Эрин закончила, снова повысив голос, отдышалась и продолжила спокойным и грустным голосом. — Если хочешь возврат денег за продажу дома, то скажи, договор еще можно аннулировать.
— Я не... я не... — Андерсон не мог подобрать слов, весь мир разрушился в его глазах за секунду. — Не понимаю, как так...
— Прости, но я должна была эта сказать, чтобы не давать тебе лишнюю надежду, ты как, все хорошо? Может подвезти тебя до дома? — Эрин поняла, что немножко перегнула палку.