Оказавшись в спальне Томми понял, что постельное белье нужно будет менять, так как оно все было в грязи от одежды, поэтому он взял его и положил в стиральную машину, застелив себе вновь розовое белье. Пользоваться машинкой он умел, поэтому ожидать ему надо было лишь час, было свободное время, поэтому Томми достал из сумки все купленные вещи и аккуратно сложил в имеющийся небольшой шкаф, после чего оделся в черные носки, темные вельветовые джинсы, белую футболку и такого же цвета ветровку с сетчатым капюшоном. Андерсон не думал, что дождь сегодня будет, так как, посмотрев в окно, он увидел, что ливня нет, как и облаков, через него он увидел лишь восходящее солнце и большое, прекрасное дерево, к которому он так и не съездил, хоть оно так и манило его к себе.
Одевшись, Томми отнес обувь вниз в прихожую, пытаясь не наступать на грязные следы. После этого журналист взял швабру с ведром и почистил весь пол, к этому времени стиральная машина закончила свою работу, Томми выложил всю одежду и постельное белье на батареи, как по-другому высушить Томми вещи не знал. После этого он вышел на улицу, остановившись у порога, чтобы продышаться. Сет сидел в это время на своем деревянном, покачивающемся и противно поскрипывающем, кресле и смотрел на парня, показывая мимикой недовольство, недоумение и брезгливость вместе с пренебрежением. Андерсон не стал обращать на это внимания и вернулся в дом, достал из холодильника мясные блины и разогрел их в микроволновке, поел, запив в конце яблочным соком и вышел обратно на улицу, закрыв за собой дверь на ключ, и направился в участок, заметив машину Лии на парковке.
Зайдя в участок, Томми прошел через турникет и поднялся на второй этаж, Адам в это время делал что-то на чердаке, поэтому парень решил прокашляться, доложив таким образом о своем нахождении. Лии это услышал и раскрыл немного открытую дверь чердака до конца и спустился по лестнице вниз.
— Доброе утро. — произнес шериф с улыбкой на лице, после чего убрал ее.
— И тебе. — Томми улыбнулся в ответ.
— Что-то случилось?
— Да нет... все хорошо... я... — хоть Андерсон и договорился с Лии, но говорить вновь было все равно не ловко. — Перед проверкой люка я к Анне думал сходить сейчас, чтобы успеть еще и к дереву...
— Ах... да... — Адаму было так же неловко. — Ладно, сейчас дам ключи и подождешь внизу? Просто подготовлю ее еду и воду, занесешь ей заодно, хорошо?
— Без проблем.
Томми спустился вниз и сел на длинную деревянную лавку возле турникета. Через пять минут к нему спустился шериф и отдал ключ вместе с бумажным пакетом.
— Пожалуйста... — промолвил Лии. — Будь аккуратен с Анной... не дави на нее и если диалог не завяжется, то не надо быть настойчивым и навязчивым, хорошо?
— Конечно... — ответил Андерсон.
— Да, знай меру и не перегибай палку, прошу тебя...
— Я понял-понял, все будет хорошо... — Томми успокоил шерифа жестами.
— Ладно.
Журналист развернулся и вышел из участка, направившись к участку Анны, пока Адам смотрел ему вслед, проводя зубами по нижней губе из-за стресса и боязни того, что что-то может пойти не так.
Томми подошел к дому девушки, продышался, думая, что это поможет избавиться от страха, но это не помогло, добавило стресса и то, что, обернувшись, он увидел съедающих его взглядами Рона и Сета, лишь Лии не смотрел в его сторону, он занимался в участке своими делами. Долго стоять он перед дверью не мог и, собравшись, ключом открыл дверь, зашел во внутрь, закрыв за собой дверь на щеколду. Журналисту сразу же стало не по себе, глотать слюну было тяжело, как и ровно дышать, света в прихожей не было, окна все находились в закрытом положении и свет во внутрь дома никак не проходил. Появилось ощущение, что дома давно уже никто не живет.
Томми снял обувь, оставив ветровку на себе, и на цыпочках начал ходить в поисках кухни, на столе которой и хотел оставить бумажный пакет, данный шерифом. Найдя ее, Андерсон заметил заколоченную досками часть пола, что показалось одновременно пугающим и притягивающим взгляд, но ему нужно сейчас было совсем не это, поэтому он, оставив пакет на столе, пошел к белоснежной круговой лестнице и медленно начал подниматься по ней, смотря по сторонам. Розовые стены были от части покрашены в черный, но не полностью как будто кто-то просто остановился посреди процесса, скорее всего передумав.