Профессию Василий выбирает тщательно. Истинное призвание современного Василия — бизнес. Он кажется флегматичным, но порой это впечатление обманчиво, поскольку он основательно просчитывает свои действия на несколько шагов вперед. Василий может быть хорошим изобретателем. Он замечательный руководитель: организатор, умен и находчив, полон идей, прекрасно аргументирует свои позиции, его трудно вывести из себя, с сотрудниками предельно корректен, с женщинами галантен.
В отношениях с женщинами Василий демонстрирует рыцарские качества, властвует над своими сексуальными желаниями. В браке верен, стоически переносит даже плохую хозяйку с вредным характером.
Часто Василий — человек пьющий. На работе с этим мирятся, домашняя атмосфера бывает накалена. Тогда Василий замыкается в себе, становится нерешительным. У трезвого Василия дом «полная чаша», он всегда рад принять гостей, поехать компанией за город. Он горячо и нежно любит детей, у него прекрасные отношения с родителями жены.
Энергетика имени соответствует представлению о русском человеке — открытый, добродушный, неторопливый, иногда пьющий, общительный, но с хитринкой и знает себе цену. Эта интересная натура понята и объективно описана П. Флоренским: «Имя Василий этимологически означает «царский», «царственный». Если в царственности основным признаком признавать не величие или достоинство, которое, может быть присущим самым различным нравственным и общественным состояниям, а необходимую царю способность охватывать с некоторой высоты широкий кругозор и сознательно вести в охватываемой области планомерную деятельность, то, действительно, царственность, так понятая, есть существенный признак Василия. Его интеллект быстро схватывает отношения вещей, людей и событий, не теряется. А многосложности жизненных отношений… Не задаваясь несбыточным, Василий идет медленно, но не теряя достигнутого, без срывов; если он отступает, то это не случайное уклонение и не растерянность, а обход встретившегося препятствия: Василию нужно оставить его позади себя, но вовсе он не видит непременной необходимости во что бы то ни стало сдвинуть его. И он продвигается, осуществляя и закрепляя некоторое высшее здание, которое с этого времени делается навеки достоянием культуры.
Эта способность к целесообразной деятельности в значительной мере определяется в Василии непосредственностью связи его воли с его разумом: ум переходит в волевое начало, как бы прорастая его, причем эмоции не та что бы отсутствовали или были развиты мало, но они не стоят между умом и волею, а отодвинуты в сторону и потому, при общей большой активности характера, сами остаются пассивными, издали воспринимающими жизнь и действие в ней личности, которой принадлежат, и потому как бы фаталистичны… И в делах, и в отдыхе, и в жизненном строительстве, и в ухождении к себе Василий не руководится внешне и формально поставленными нормами. Он может быть жесток, даже нарушая нормы, во имя поставленной цели; но может быть и безмерно великодушен, когда это великодушие может быть оказано единым актом воли, единым мановением, и при этом он еще менее будет считаться с какими бы то ни было нормами и требованиями права, а то и морали. Этим сказано много, потому что как организатор, администратор, строитель жизни, Василий не может просто легкомысленно относиться к нормам, сам их насаждая и проводя. Но когда действительно нужно, он способен самодержавно отменить на этот раз, на этот единичный раз, норму и осуществить то, что сейчас именно требуется, хотя бы оно стояло и в полном противоречии с формально и буквально понимаемым правилом каждодневной жизни. Он умеет делать это со властью, не пятная своей совести и не будучи внутренне вынужденным вследствие такого отступления к дальнейшим нарушениям того же правила, как это бывает при простом падении…»
Имя в истории и искусстве
Василий Григорьевич Перов (1833—1882) по праву считается родоначальником критического реализма. В ряду художников, творивших в 60-х годах XIX столетия, он был первым и наиболее последовательным борцом за демократическую живопись.
Искусство Перова несло в себе резкое обличение современной жизни, острую критику ее пороков и темных сторон. Его картины рассказывали о тунеядстве и лицемерии духовенства, продажности и взяточничестве чиновников, темном царстве купцов-самодуров. В то же время Перов выступал горячим защитников народа. Сцены, которые он воссоздал, печальны, художника не зря называли «истинным поэтом скорби».
Среди таких картин «Проводы покойника» (1865) занимает центральное место.
Зима. Тяжело нависло над дорогой небо. Убогий гроб в убогих санях… Низко склонившая голову вдова, уставшая плакать девочка и маленький мальчик — единственный мужчина в доме, утонувший в батькином большом полушубке. И никому нет дела до этого безысходного горя. «Словно какая-то из миллионов птичек замерзла на дороге, и никто о ней не знает и не будет никогда знать, никому ни жизнь, ни смерть ее не были интересны — вот содержание этой картины», — писал критик В. Стасов.