- Но Алистер! - ахнула я. - Мой гримуар! Это же… Это мои исследования, годы моей работы. Не обязательно, же использовать то, что там есть, многое даже полезно, там и формулы, и светлые заклинания… И…
- Аррри, - угрожающе прорычал мужчина. - Больше никакой темной магии! Никакой! Не оставляй себе лазеек! Я очищу это место драконьим огнем, сотру следы твоей ауры.
- Ты мне опять не доверяешь! - с горечью воскликнула я.
- Я слишком хорошо знаю, как мало магов и ведьм, попробовавших Силу Бездны, отказываются от нее, - неожиданно тихо произнес Алистер, а потом шагнул ко мне обнял за талию, несмотря на мои попытки обиженно увернуться - Я не подпущу того, чтобы ты переродилась в чудовище.
Он поднял мое лицо за подбородок и легонько коснулся моих губ своими.
- Я не переживу этого, - прошептал мужчина в мои губы.
- Ты не спасешь меня, - тоже шепотом сказала я, не открывая глаз. - Я родилась такой. Я с рождения наполовину темная и лишь наполовину светлая. Сейчас… сейчас уже меньше… Поэтому я и нужна была тому магу.
- Что? - воскликнул инквизитор и легко встряхнул меня за плечи, чтобы я открыла глаза. - Как это?
Я глубоко вздохнула, и зашевелились, пытаясь отодвинуться от мага, стало неуютно находится в его объятиях. И будто бы стыдно за свою неполноценность. Но мужчина наоборот прижал меня сильнее к себе, и снова поднял мое лицо, чтобы встретится со мной глазами.
- Я умерла при родах, - призналась я. - Так сказала Надин. Она приходила… В общем это долгая история… Сестра рассказала, что мама вернула мою душу из-за Грани, в тот момент, когда мое сердце еще не перестало биться. И так получилось, что во мне остался Свет. Но и появилась Тьма. Ты не сможешь “очистить” меня. Пусти.
Алистер нахмурился, и опустил руки. Я отошла на пару шагов от мужчины. и протянув ладони вперед создала на них по светящемуся шару. Только, если на правой он был ослепительно белого цвета, то на левой - черным, будто вместо шара на ладони находилась бездонная дыра в другой мир. Я сложила ладони вместе, и шары прилипли друг к другу, но не смешались, а стали поглощать один одного - свет “растворял” тьму, а тьма гасила свет. И в итоге шары просто поменялись местами. Теперь светлый сиял на моей левой ладони, а черный - на правой.
Раньше я считала, что на это способен любой, в ком есть Тьма, и лишь сейчас ко мне пришло озарение, что у другого никогда бы не получилось использовать две материи одновременно. Это как будто разделить небо на две половины - с одной стороны будет день, с другой ночь.
- Я уже чудовище, - произнесла я, посмотрев в глаза магу. Я ожидала увидеть там если не страх, то удивление так точно.
Но Алистер покачал головой.
- Нет, ты чудо, - с восторгом произнес он. - Ты уникальная. Неповторимая. Сладкая…
Последние слова он произнес, подхватывая меня под попу и подымая вверх, чтобы потом усадить на стол. Мужчина навис сверху надо мной, и мне пришлось откинуться назад, опершись на локти. Поза, в которой я оказалась, была такой двусмысленной, что я невольно покрылась мурашками с головы до ног и облизнула ставшие сухими губы. Алистер рвано выдохнул и его зрачок на доли секунды стал вертикальным, а после пугающе заполнил почти всю радужку.
- Ты же не собираешь меня съесть? - нервно пошутила я.
- Именно это я и собираюсь сделать, - хрипло ответил мужчина.
Он властно запустил ладонь в мои волосы, зарываясь в них пальцами и, крепко удерживая мой затылок, накрыл мои губы своими. Я ахнула от пронзившей меня вспышки, стрелой прокатившейся по позвоночнику, вцепилась в плечи мужчины. И Алистер углубил поцелуй, практически лишая меня возможности сделать вдох. Раздался треск платья, и вторая ладонь мага легла на мою обнаженную грудь.
Почти одновременно с этим мы упали куда-то вниз. Секундное падение - и я ощутила под собой холод шелковой ткани. Алистер оторвался от моих губ и, все еще нависая надо мной сверху, нервно стянул с себя рубашку.
- С-стой, - заикаясь произнесла я, придя в себя от холода - Подожди…
Но мужчина снова накрыл меня своим телом и закрыл мне рот поцелуем, а потом взял меня за запястья и, накрыв своими ладонями, прижал мои руки к мягкому матрасу.
Алистер спустился поцелуями на шею, то слегка касаясь кожи, то прикусывая ее, потом еще ниже, лаская ртом ставшую такой чувствительной грудь.