Лоуренс отпустил руку, и его незримые ленты тоже успокоились, зато вторая рука еле заметно шевелила пальцами над головой полулежащего юноши.
– Давно бы сняла, – расслабленно и отчего-то довольно сказал принц.
Через секунду удар маской пришёлся по его лицу, и он взвыл, хватая воздух перед собой. Следующий удар распахнул дверь, и от сквозного движения по двойному шатру безмолвия прошла рябь. Лоуренс взревел, отрывая маску от лица, но слов его никто не услышал: шатёр продолжал служить создателю, а Мари стояла в коридоре возле раскрытой двери с закрутившимся в ладони бейларом. Принц вскинул свою руку, но всё, чего добился – от его движения лопнул шатёр, магия не добралась до девушки, зато полетевший навстречу бейлар успешно преодолел расстояние. Рассыпался искрами о невидимую преграду перед Лоуренсом. Сейчас, когда звукового барьера больше не существовало, вопль пронёсся по этажу:
– Иди сюда, с-сука!
Эхо заставило опомниться принца, он изменился в лице, расхохотался притворно весело:
– Ах ты… умница! Талантливая! Ну, иди же ко мне, милая! Поиграли – и хватит. Ты прощена! – и замолчал, глядя на кого-то позади девушки.
От внезапного голоса рядом Мари присела, закрывая голову руками и не узнавая говорящего.
– Какого шархала тут происходит?! – возмущённо спросил Анри. Рядом с ним стоял запыхавшийся Антуан. – Мы тебя по всем этажам ищем! Мариэль! Я с кем разговариваю?.. О, ваше высочество!
Не дожидаясь, пока ситуация разрешится, девушка бросилась к Арману, рывком опустила его на пол и приложила обе ладони к груди. Свет хлынул потоком прорвавшейся дамбы. Боль в плече отступала, а значит, опасность для жизни миновала.
– Ну и дела! Опять моя сестрёнка сверху, а этот тип снизу, – засмеялся Антуан, заходя в кабинет. Увидел перевёрнутую мебель, отодвинутый стеллаж и разбросанные бумаги, присвиснул, повторяя с другой интонацией: – Ну и дела…
– Она мне маской лицо поранила! – пожаловался Лоуренс молчаливому Анри, изумлённо, как и Антуан, разглядывавшему погром.
– Хоть на что-то она сгодилась, – пробормотала девушка и полуобернулась к инвизитору. – Лоуренс приставал ко мне и хотел убить Армана. Я требую наказания, мне плевать, кто он – принц или король!
Анри перевёл взгляд на Лоуренса и шагнул в его сторону:
– Это правда, ваше высочество?
– Разумеется, нет, – Лоуренс промакивал платком кровоточащие царапины на лице, – признаюсь, мы повздорили из-за одной дамы… Слово за слово, наговорили лишнего… Я готов принести свои извинения и пройти проверку на ложь. В качестве примирения отказываюсь подавать иск на собственное покушение. Вы видели, как Мариэль запустила в меня бейлар.
Ленуар и Антуан нерешительно переглянулись. Арман шумно вдохнул воздух, отвлекая на себя внимание, закашлялся.
– Жив, слава богу, жив! – Мари порывисто наклонилась, обнимая лежащего, – как ты меня напугал…
Лоуренс спокойно убрал платок в карман, достал кристалл, зажал его в руке и замер. Царапины на его лице затянулись. Затем принц с непроницаемым выражением лица одёрнул на себе задравшиеся полы жюстокора и обратился к Анри:
– Что ж, недоразумение благополучно завершилось, все живы, и мне пора. Господин Ленуар, будьте любезны, сопроводите меня к порталу как должностное лицо. Это мой приказ.
Инквизитору пришлось выполнить требование. В дверях они столкнулись с Люсиль. Девушка запыхалась, лучезарно обвела смеющимся взглядом всех, кто находился в поле зрения:
– Я сбежала от отца! Как хорошо, что нашла вас быстро!
Лоуренс протянул златовласке руку:
– О, милая Люсиль, не проводите ли меня до портала?
Одновременно с Люсиль, дающей согласие, резкий голос Мари, сидящей на полу, заставил вздрогнуть Антуана и Анри:
– Нет! Сир Анри проводит его высочество. Люсиль?
– О, Владычица! Что случилось? – златовласка всплеснула руками, бросилась к Арману, пытающемуся сфокусировать взгляд. Опустилась с другой стороны от подруги, но та уже вставала с помощью брата.
По счастью, принц не стал комментировать реплику Мари, заложил руки за спину и спокойно пошёл по коридору, намурлыкивая какую-то мелодию.
Девушка отряхнула руки и хладнокровно осмотрела испачканное платье, порванное на плечевых швах, когда Лоуренс тянул к себе. За это время Антуан и Люсиль успели дважды спросить о случившемся, и даже Арман задал похожий вопрос.
– Сволочь, – Мари рассматривала маску, расколовшуюся пополам, – и мразь этот ваш принц. Страшно подумать, что будет с Люмерией, если он сядет на престол.
Она в общих чертах обрисовала ситуацию. В итоге получалось, будто молодые люди поссорились из-за ревности к Люсиль. Мари не стала разубеждать подругу: интуиция подсказывала, что ссора возникла по другой причине. Но добиться истины теперь было бы сложно, если только не существовало способа восстанавливать память.